Ставлю кастрюлю на плиту, заливаю грудку водой.
Перекладываю часть салатов в контейнеры. Отвезу к отцу. Всё равно кому-то надо это всё есть.
Перекладываю часть салатов в контейнеры. Отвезу к отцу. Всё равно кому-то надо это всё есть.
Стук в дверь заставляет вздрогнуть. Он такой сильный, а я была погружена в своим мысли.
Никого не жду.
Подхожу к двери, опять она сотрясается под чьим-то кулаком.
— Открывай, урод! — рычит кто-то по другую сторону. — Я знаю, что ты дома!
Смотрю в глазок на мужчину. Вижу впервые, но он настроен серьёзно.
— Раз, — говорит, немного отходя. — Ну открывай, поговорим. Чё такое? Я тебя полночи жду. Бумажка-то сорвана!
Снова кулак впечатывается в железное полотно.
По спине пробегает неприятный холодок. Я совершенно не знаю, кто этот человек, и что ему надо.
— На счёт три — ломаю дверь.
Вижу в его руке небольшой лом. Нарочно демонстрирует его.
— Если открою сам — будет хуже.
Отступаю на несколько шагов, не зная, что делать. Но наверняка этот Новый год запомню надолго.
— Два, — продолжает считать незнакомец, выдерживая длинные паузы.
— Что тебе надо? — кричу из-за двери. Встречаться лицом к лицу с психом — не намерена.
— Шоколада, — усмехается. Только мне совсем не смешно. — Давай, открывай. Тебя не трону.
С чего он вообще собрался кого-то трогать?
— Вызываю полицию, — говорю громко и уверенно.
— Ты там в курсе, с кем живёшь? — отвечает на это. — Или у вас семейный подряд? Аааа? Может, не против, когда муж налево ходит?
Ахаю от возмущения из-за того, что меня поливают помоями.
— Я просто хочу поговорить с мудаком, что трогал мою жену!
Наконец, понимаю, кто передо мной. Надо же, он тоже не был в курсе похождений жены, но как-то узнал.
— Его нет! — отвечаю.
— А мне кажется, что ты врешь!
— Я не обязана отчитываться!
Наступает тишина, и я прислушиваюсь.
— Открой просто, сказать что-то надо.
— Говори так, — достаю из кармана пуховика телефон, и к ногам падает визитка. Поднимаю, смотря на красивые буквы с вензелями.
Назаров Родион Павлович.
Сую визитку обратно в карман, а потом достаю и переписываю цифры. Мало ли всё же пригодится. В конце концов наличие номера Рада в моём телефоне меня ни к чему не обязывает.
— Открой! — не унимается тот, кто за дверью.
— Уже набираю номер полиции, — нагло вру. Смотрю в глазок. Мужчина уходит. Слава Богу. Теперь и жить тут страшно. Кораблёв своим предательством наломал дров, а мне разбирайся.
Вернулась на кухню, продолжив уборку. Бульон сварился. Перелила в банку и замотала полотенцем. Надеюсь, будет тёплым, пока доберусь.
Времени уже много, надо ехать. Решила оставить посуду на потом. На столе бутылки и пачки сока. Переоделась, бросила вещи в стирку. Правда, думаю, им уже ничто не поможет. Загрузила большую сумку с едой.