Он посмотрел на бумаги, потом на меня. В его лице появилось что-то вроде растерянности. Он явно ожидал, что я сдамся и всё отдам! Хренушки вам!
— Но они же специалисты…
— Тогда давайте оценивать их конкретные обязательства, — парировал я. — Как новые представители будут проверять подпись? Каким образом они обоснуют сумму требований? И что они потребуют от вас взамен? Вы можете на это ответить⁈
Потанин молчал, и я понимал почему. Потому что Рогожин не дал ему ни одного вразумительного ответа! Там явно были общие фразы типа:
«Ой, мы урегулируем, не переживайте!»
А как — хрена с два кто бы ему сказал!
Как же мне всё это надоело, а…
— Я предлагаю вот что. — Я собрал листы обратно в папку. — Я буду присутствовать на назначенной встрече с Рогожиным.
— Но… зачем?
— Хочу послушать, что они вам там предложат. Задам пару вопросов, ну а потом вы сами решите, как работать дальше. Со мной или без меня.
Потанин кивнул, допил остывший кофе и поднялся.
Встреча с Рогожиным была назначена в деловом центре на Кутузовском. Этот «специалист» арендовал там переговорную. И это было смешно. Он пытался подчеркнуть статус, которого у него не было.
В общем, переговорная была на понтах: с панорамными окнами, длинным столом и прочей ерундой. Я навёл справки и знал, что денег у Рогожина — с гулькин… ну, вы поняли. А весь его «целый отдел» — это он сам да помощница.
Рогожин встретил нас с широкой улыбкой! Да такой, что я словил ассоциацию с одним из юристов, которого видел, будучи Громовым. Там тоже был пустозвон.
— Владимир Сергеевич! Рад, что вы приняли верное решение. — Он говорил только с Потаниным и смотрел только на него. Делал вид, что меня тут нет. — Уверяю вас, мы сможем завершить спор без судебного разбирательства! Это, прошу заметить, экономия не только вашего личного времени, но и денег!
Я всё это время просто стоял рядом с клиентом, слушал эту чушь и… закипал. Ну тупость же! В общем, я демонстративно, с грохотом, выдвинул стул и сел рядом с Потаниным. Посмотрел на физиономию Рогожина и заговорил:
— Илья Андреевич, уточните, кого именно представляет ваша фирма в этом процессе?
Рогожин посмотрел на меня с пренебрежением.
— Мы представляем интересы конструктивного урегулирования. Мы наняты для того, чтобы…
— Юридически, — перебил я, — кто ваш доверитель и какой договор вы предлагаете подписать Потанину?
Рогожин подвинул к нам папку с проектом документов. Я раскрыл её и за минуту пробежался по тексту. Всё стало ясно.
— Владимир Сергеевич. — Я повернулся к клиенту. — Здесь нет независимого представительства. Вы должны заключить соглашение напрямую с Бесчастновым. А фирма Рогожина будет готовить условия в интересах своего фактического доверителя — Бесчастнова. То есть обещанное «сопровождение» означает принятие чужого варианта урегулирования без вашего собственного защитника.