— Здесь мы в относительной безопасности, — мой голос разнёсся над толпой. — Теперь, когда первая паника спала, вы все заслуживаете объяснений.

Глубоко вздохнул, собираясь с мыслями, в груди всё ещё пульсировал адреналин после битвы с монстрами. Я начал описывать ситуацию с самого начала. Рассказал про страхи Мэриголд, про то, как она пряталась от Грега, про наши скрытные приготовления к обороне поместья и Озёрного. Потом перешёл к кульминации: внезапное появление Малина Медобрука, похищение Мэриголд и маленького Марка, и нашу отчаянную эвакуацию буквально за секунды до того, как вражеский метеорит превратил поместье Феникс в дымящийся кратер.

— Я не собираюсь приукрашивать дерьмо, в котором мы оказались, — сказал жёстко, обводя взглядом притихшую толпу. — И намерен объявить войну Малину Медобруку и его Консорциуму «Шалин Гранд». Нам предстоит не честный бой в чистом поле, а теневая война. Придётся скрываться, кропотливо собирать информацию и бить из тени до тех пор, пока не накопим достаточно сил, чтобы нанести решающий удар. Малин ясно дал понять одну вещь: моя семья и близкие постоянно находятся под ударом, пока он жив. И я собираюсь вытащить свою невесту и сына, чего бы мне это ни стоило.

Сделал паузу, давая словам осесть в умах.

— Это значит, что о возвращении в Кордери можно забыть по крайней мере до тех пор, пока всё не закончится. Нас ждут постоянные перемещения, жизнь в бегах, трудная, голодная и опасная.

По толпе прокатился тревожный гул. Люди перешёптывались, кто-то испуганно ахнул. Я видел, как многие отводят глаза, но не винил их. Чёрт, да я бы сам свалил подальше от такого дерьма, будь у меня выбор! До этой минуты они просто спасали свои жизни, не понимая, в какую глобальную мясорубку их затянуло.

— Понимаю, это не ваша война, — продолжил, смягчив тон. — И я не вправе просить вас делить со мной жизнь в изгнании. Как только мы обустроим этот лагерь и убедимся в безопасности, откроем портал обратно в Озёрный. Кто захочет, сможет вернуться к своей привычной жизни.

Я обвёл тяжёлым взглядом Эшли, Савву, других своих девушек и их родных.

— Однако те из вас, кто лично связан со мной, особенно мои женщины и их семьи… Для вас возвращение равносильно смерти. Малин не оставит вас в покое, будет пытать вас и убивать, чтобы добраться до меня.

Толпа снова загудела. Мия, стоявшая чуть поодаль, сунула Иэна в руки опешившей Мизини и решительно направилась ко мне.

В её огромных глазах полыхала древняя подавляющая божественная сила, и вид её заставил невольно сглотнуть. Сейчас передо мной стояла не женщина, а сущность, неподвластная человеческому пониманию.