Стрелы полетели одна за другой, и каждая в цель. Лесовики начали отстреливаться. Вольг, перемещающийся словно бесплотная тень, только усмехнулся — это его бой, и когда он закончится, решать только ему.
— Как же красиво он движется! — воскликнул я, наблюдая за боем со стороны. — Каждый раз словно угадывает, куда стреляют лесовики. Да, варяг минимум сотни таких дурачков стоит. Это не в беспомощных зайчат стрелять. Сотник княжий бой даёт! Берегитесь!
— Соглашусь, — отозвался Второй. — Предок хорош!
Трофейные стрелы кончились, и опустевший тул с луком упали на землю. Сабля в правой руке и меч в левой. Железный веер закрутился, отбивая стрелы лесовиков. Вольг закричал: «Перун!» и бросился на врагов. Просто побежал прямо, потому что лесовики повсюду.
Несколько стрел ударили в спину. Первые попадания, но Вольг их будто и не заметил. Кольчуга уберегла. Не пробить её охотничьим срезом. Бронебойная стрела нужна, а их у лесовиков, видимо, нет.
Предок стал смертью-вихрем. Лесовики налетали на него живой волной, вооружённые кто чем, и откатывались, оставляя мёртвых и умирающих сородичей.
— Зажмут… — огорчённо сказал я, видя сжимающееся кольцо лесовиков вокруг предка. — Слишком много.
— Не зажмут, — отмахнулся Второй. — Куда им с варягом тягаться. Эти совсем никчёмные. Всех мало-мальски достойных ещё в первом бою положили. Тут молодёжь да старики в основном.
Сложно понять, какого возраста лесовики, но я поверил. Ещё память предка подсказала: будь он не один, а хотя с четвёркой лучших бойцов — выстояли бы против смердов. В одиночку не выстоять. Совсем немного потерпеть осталось, а потом в Ирий.
Лесовики, оказалось, не столь глупые, как я думал. Потеряв почти полсотни сородичей, они решили отступить. Волна откатилась от варяга-предка и растворилась в темноте. Остались только крики и стоны раненых.
Вольг, победоносно вскинув руки с оружием, закричал: «Перун, я иду!», и в него полетели стрелы. Много стрел. Основная масса ударила в тело и ноги, но одна всё-таки нашла незащищённый шлемом глаз.
— Ну вот и всё, — успел сказать я, и воспоминание предка оборвалось.
На его смену пришла комната моей земной квартиры. Снова в креслах со Вторым сидим.
— Обратно выбросило — сказал он, озадаченно почёсывая подбородок. — Странно…
Я, вскочив с кресла, воскликнул:
— Пофиг! Главное, не взяли предка лесовики живьём! Ух, как он дрался! Хочу к предку-нурману в память! Поехали, Второй! Как же там интересно…
Стоило захотеть и новое воспоминание приняло меня…
Воспоминания Владимира Росса, единственного родственника, которого удалось увидеть живым, — вот куда меня забросило на этот раз. Лет на тридцать пять назад закинуло как минимум. Может, чуть меньше.