Вольг собрал стрелы убитых врагов и вернулся к костру. Где-то в глубине леса протяжно завыл волк. Посмотрев в темноту и зачем-то кивнув, предок взял недоеденного зайца и продолжил поздний ужин. Бурдюк с водой сменился трофейным бурдюком со взваром.
— Можешь в другою точку памяти предков переместиться? — спросил Второй.
Я кивнул:
— Могу, но пока не досмотрю этот фрагмент — никуда не перемещаемся. Увы, но я пока не понял алгоритма перемещений. Куда нас забросит следующий скачок, можно только гадать. Хотелось бы в память отца. В один из важных моментов. Узнать бы, почему он и мама погибли.
— Если получится, то узнаешь. Не получится — сам расскажу, — пообещал Второй.
Предок Вольг встал. Я непроизвольно сделал шаг назад. Не знает предок, что прямо сейчас его фрагмент жизни рассматривает потомок из далёкого будущего. И не знает, что, по сути, спустя тысячу лет ничего не изменилось. Люди всё так же убивают друг друга из-за не слишком имеющей смысла ерунды. А порой и просто так убивают. Интереса и веселья ради.
Собравшись и потушив костёр, Вольг пошёл по ночному лесу. Его мысли стали доступны мне: идёт встречать лесовиков. Место, где случится последний бой, уже выбрано. Вольг знает, что умрёт. Совсем скоро он отправится в Ирий и встретит там друзей, с которыми будет пировать и бить врагов. Радость придаёт сил.
— Да… — пробормотал я, догоняя предка. — Никогда бы не подумал, что можно с таким наслаждением идти навстречу смерти. Хорошо раньше религия обрабатывала. Язычник, если умер правильно, попадает в Ирий. Главное — умереть правильно!
— Ты ещё в память предков-нурманов не заглядывал, — усмехнулся шагающий рядом Второй. — Там вообще жесть.
— Загляну, если повезёт, — ответил я. — Помню, что нурманы Одину поклонялись и были конкретными психами. Весело тут, в памяти предков…
Местом последнего боя была выбрана небольшая поляна в дубовой роще. Мне место понравилось — можно использовать огромные дубы как укрытие от вражеских стрел. Вот только стрелами лесовики предка-варяга убивать не собираются. Максимум ранить. Живой он им нужен. Думают что-нибудь ценное выпытать. Предок смеётся в мыслях — никогда лесовикам не заставить его говорить, потому что не смогут взять живьём. Не дастся! Но даже если возьмут живьём, то всё равно слова не вытянут. Не нурманы. Это те толк в пытках знают. Лесовики же народ туповатый.
Время сдвинулось. Нарочно ли я его сдвинул или случайно, но обстановка резко изменилась. Темнота вокруг поляны, на которой стоит предок, начала двигаться. Враги везде. Их не меньше двух сотен, но они не спешат атаковать Ждут. Что ж, Вольг не против начать первым.