— Четыре захваченных хамви и четверо убитых — этого вам мало? — чуть ли не плача спросил Модест. — А пленные? Восемь пленных? Нас в порошок сотрут… Как вы этого не понимаете?

— Мы понимаем, — ответил Боков. — Мы всё понимаем, Модест. Но сделанного не воротишь. Это ты понимаешь?

Как я устал слушать нытьё Модеста Карандашова… Как меня всё достало…

Я вышел на улицу и сел на лавку рядом с Максимом Ефименко.

— Всё ещё ноет? — спросил он, пуская дымок. — Или успокоился?

— Ноет, конечно, — ответил я. — Всё твердит про Иерихон и про то, что нам крышка.

— Всё не так плохо, как могло быть, — задумчиво проговорил Максим.

С этим я полностью согласен. Всё очень даже хорошо. Все, кто находился в трёх хамви, сдались нам без фокусов. Всего их было девять, по три человека на каждую машину. Раиса упокоила двоих. Осталось семь. Трое негров, два бразильца и два белых. Белые, кстати, не из зэков. Те самые наёмники Дольфа. Именно они решили сдаться, понимая, что дальнейший бой только усугубит ситуацию. Хорошо, что за пулемёты не полезли. Ребята с виду серьёзные. Допрашивать никого не стали. Просто связали и отправили отдыхать.

— Что дальше делать будем? — спросил Максим.

Я пожал плечами:

— Не знаю. Вариантов у нас сразу несколько. Первый — ждать ночи. Если за это время не придёт очередная подмога, то можно совершить вылазку. Если подмога всё‑таки придёт, то отбиваться. Второй вариант — переговоры. Едем к ним навстречу и говорим с главным. У нас есть два его наёмника, а это уже немало. Зэков он вряд ли ценит.

— Надо обговорить с остальными, — сказал Максим и затушил окурок о подошву ботинка. — Подождём, пока Боков успокоит Модеста, а затем объявим собрание.

— Подождём, — согласился я и расслабился. Со вчерашнего вечера я не ел ни грамма. Только пил воду и чай. Надо что‑то придумать. Голова от голода уже болеть начинает.

Пришли Булат Мусин и Денис Нугуманов, что‑то весело обсуждающие.

— Мы мяса похавали! — похвалился Булат, словно прочитав мои мысли. — Стейк из барамука. Там ещё осталось, если хотите.

— Что за барамук? — поинтересовался я.

— Это местный баран, — ответил Денис. — Размером он с телёнка. Всеядный, если что. Пока вы там родео по холмам устраивали, мы прошвырнулись по окрестностям и добыли свежего мяса. Пожарили в мастерской. Там горн есть, и он вместо мангала самое то. Если голодные, то милости просим.

— Пошли. — Максим поднялся и бодрым шагом направился к мастерской.

— Мясо‑то хоть не вонючее? — спросил я.

Булат показал большой палец. Денис ответил:

— На вкус как бобёр. Этот молоденький был, и мясо просто тает во рту. Шуруй обедать, Никита.