Мне оставалось лишь с благодарностью кивнуть.
— Но с этого момента, — продолжил Бронислав, — ты должен меня информировать обо всём, что касается… Живого Хаоса. Каждая мелочь имеет значение. Даже то, что тебе кажется само собой разумеющимся.
— Договорились.
— С группой я поговорю. Так что можешь не сомневаться — тени не узнают раньше времени о том, что здесь произошло.
Мы посмотрели друг другу в глаза.
В этот момент я понял, что Бронислав не был тупым догматиком. Передо мной — редкий образец человека, который ставит дух закона превыше буквы. И этот человек хорошо осознаёт, что человечество на пороге истребления.
Следующий вопрос наставника был очевиден.
— Хаос может нас… отыскать? Пройти через Врата?
— Может, — я не стал скрывать мрачную правду. — Не сегодня, и не завтра. Но может. Поглощая живых, эта тварь не перенимает их опыт и воспоминания. Изучает — да. Но тупо скопировать маршрут Хаос не в состоянии… Сейчас.
А ещё у Хаоса есть ограничения. Он может либо прыгать в нужные места с помощью Разломов, либо перевозить себя в машинах наподобие «Феникса». Вот только убийство всех людей на борту означает, что Крепостью никто не сможет управлять. Кстати, Разломы Хаос открывает сам.
— В смысле? — насторожился Бронислав.
— Монстр обучается. Я вижу, что он заинтересовался нами. Поэтому координирует эти нападения. И да, я не знаю как, но он сумел подтянуть к заставе три Разлома. Из которых и лезет вся эта мерзость.
Бронислав сконцентрировался на новой задаче.
— Что ты предлагаешь?
— Разломы надо зачистить, — уверенно ответил я. — Потом — вернуться на Землю. И запретить любые экспедиции к этому участку Фронтира. Будем готовиться дать отпор.
— Я одного не могу понять, — мозг Бронислава напряжённо работал. — Что мешает этой… субстанции… накрыть нас здесь и сейчас? Почему мы ещё живы?
— Хороший вопрос, — ухмыляюсь в ответ. — Ничто не мешает. Подозреваю, что тварь ведёт с нами… некую игру. Прощупывает. Хочет понять, с кем имеет дело. И это хорошая новость.
— Почему?
— Если не действует с наскока, значит… боится. Думаю, оно уязвимо.
Утверждение противоречит легендам, но кто сказал, что легенды не врут? Кроме меня нет живых людей, встречавшихся с Хаосом. Мы ничего не знаем об этом создании.
— Хорошо. Допустим, ты прав, Рост. На кой-тогда сдались эти Разломы? Их зачистка нам ничего не даст.
— Вам — ничего, — охотно соглашаюсь с наставником. — А вот мне даст. И очень многое.
Спустившись по аппарели в высокую траву, я уставился на водоворот Разлома.
Последний из трёх.
Котоморф бесшумно спрыгнул на землю, принюхался к степи, недовольно махнул хвостом. Мой питомец учуял то, что ему не понравилось. Сильно не понравилось.