Включаю непрерывную циркуляцию, прогоняю ки по узлам и каналам.

Струится, пульсирует, готово к использованию.

Что я теперь могу? О, здравствуйте сложные вязи и усовершенствованные техники! Приветствую тебя, ускоренная регенерация! Воздушные щиты, противостоящие магии. Стихийное усиление летящих предметов…

У меня появилось духовное зрение.

Надо только протестировать.

Применяю технику, от которой успел отвыкнуть. Легко и непринуждённо. Разум прорывается сквозь переборки и палубы, проносится по уровням «Феникса». Я вижу, как экспедиторы ходят по коридорам, выполняют свою повседневную работу, сидят с кофейными чашками в кают-компании. Я слышу их разговоры. Даже запахи улавливаю! А сам при этом сижу на плотно подогнанных досках, скрестив затёкшие ноги.

Дальше.

Вырываюсь из тесных коридоров Крепости.

Полёт над степью.

Меня ничто не ограничивает, я не чувствую притяжения. Возникает желание ускориться — и я ускоряюсь. Колышущиеся на ветру травы смазываются.

Поднимаюсь выше, делаю круг.

Внизу простирается Бескрайняя Пустошь. Крепость и застава кажутся совсем крохотными, игрушечными. Открываются новые горизонты…

Спираль расширяется, я продолжаю набирать высоту. И где-то на краю изведанного мира намётанный глаз подмечает знакомое мерцание.

Разлом.

Усилием воли я перемещаюсь в заданную точку.

Не померещилось. Самый настоящий Разлом. Классика жанра, ага. Полупрозрачный вихрь, размывающий контуры земли и неба. Бесцветные потоки закручиваются, впадают в условный «центр» и формируют воронку, за которой можно наблюдать до бесконечности.

Запомнив направление, я вернулся в себя.

Настенные часы показывали корабельное время:

23.45.

А это означало пересменок между вахтами двух провидцев. В час ночи я заступаю на дежурство, сменив на посту Джошуа. Бедолага взял на себя удар, позволив мне на сутки уйти в глубокую медитацию. Именно благодаря Джошуа я нарастил четвёртую оболочку — меня оставили в покое по согласованию с отцом Брониславом и капитаном Шмидтом. Теперь моя очередь. Придётся запастись кофе, потому что вахта продлится шесть часов. Дальше меня сменят штурман с радистом, и я вновь поступлю в распоряжение наставника.

Пока я витал над степью, движняк улёгся.

Большая часть экипажа отправилась на боковую. Вжух отирался возле камбуза, Айминь с Брониславом дежурили на конвертоплане, Валерий изучал какие-то бумаги.

Коридоры и тамбуры окутала тишина.

Проскользнув в кают-компанию, я сразу направился к блестящей кофе-машине и заварил себе чёрный кофе без сахара.

— А мне сделаешь?

Я обернулся.

Створки дверей сомкнулись за спиной Хелен. Девушка дружелюбно улыбалась.