Система, загруженная мною в фоновый режим, включилась в работу в то же мгновение: дверь, выбитая вышибным зарядом Робертса, еще висела в воздухе, а древние двигатели «Шеви-Файра», упертого носом в стену напротив, дали полную тягу. Когда-то называемую форсажем. Чудовищный выхлоп флаера, предназначенного для полетов за пределами атмосферы, оказался так силен, что не выдержала ни стена, ни подушка, ни сам корпус древнего гоночного аппарата. Оба двигателя, сорванные с силовой рамы, пробили все стены, встретившиеся у них на пути, и, истошно чихая от прерванной подачи топлива, кувыркаясь, покатились вверх по склону примыкающего к особняку холма…
— Фонит! — побледнев, прошептала Эль. — Видишь?
— Это ерунда… — считав показания датчиков радиации, ухмыльнулся я. — Ты видишь Робертса?
— Кого? — не поняла девушка.
— Гостя! — рассмеялся я. — Его не стало… «Шеви» оказался помощнее его «Вихря»… Раз эдак в восемнадцать…
— И что мы будем делать дальше? — щелкая камерами внутреннего обзора, поинтересовалась она. — Жить тут теперь невозможно…
— Съездим куда-нибудь… Дом — это ерунда. Трое суток, и будет как новенький. А вот люди, которые стояли за старшим лейтенантом, так не успокоятся… Так что собирайся: мы едем на курорт…
Глава 15. Бренда Джоуи.
— Ну, что ты мне скажешь на этот раз? — мрачно глядя в окно, трясущимся от сдерживаемого гнева голосом поинтересовалась женщина.
— Я не понимаю, что там могло произойти… — Николя Остин, правая рука Бренды Джоуи, стоя в дверях кабинета, нервно мял в руках обшлаг дорогого костюма.
— Если первую неудачу еще можно было списать на сбой компьютерной программы, то эта — не более, чем признание вашей некомпетентности, дорогой мой Николя! — язвительно подчеркнув слово «дорогой», Бренда окинула подчиненного таким взглядом, что мужчина побледнел, как полотно, и был вынужден вытереть со лба мгновенно выступившие на нем капельки пота.
— Позвольте вас процитировать! Как вы там говорили? — «Одинокая, сломленная смертью отца соплюшка вряд ли станет для нас сколько нибудь значимым препятствием»… Я не ошиблась? Это ваши слова?
— Угу… Кто же знал, что так повернется?
— Позволю себе еще одну цитату: «На нас работает группа блестящих аналитиков, противостоять объединенным возможностям которой практически бесполезно»… Ну, и где эта группа сейчас? Почивает на лаврах проведенных когда-то операций? Или утирает сопли от результатов своей недавней работы? Остин! Я вас не узнаю!!! — повысила голос хозяйка кабинета. — Сколько времени осталось до начала сессии Конгресса?
— Двадцать три дня, Бренда… Но мы уже сделали практически все! Еще четыре шага, и мы — у цели! Правда, что делать с господином Свордманом, мы пока не придумали… — сокрушенно вздохнув, признался Остин. — Пока он стоит во главе Комитета, шансов на пересмотр интересующего нас вопроса до истечения положенного срока, то есть в течение еще семи лет, практически нет… И я плохо представляю себе, на что Вы надеялись, начиная эту операцию сегодня…