…Эль зашевелилась где-то через полчаса. К этому времени я уже лежал рядом, прислушиваясь к ее дыханию, и млел от переполняющей меня нежности.
— Доброе утро, Рейг! — потянувшись, как большая сытая кошка, девушка приоткрыла один глаз и, сфокусировав взгляд на моей руке, потянулась к ней губами…
— Доброй ночи, Эль… — улыбнулся я, и, перекатившись к девушке поближе, поцеловал ее в переносицу…
— Муррр… — она откинула одеяло, похлопала себя по ввалившемуся животу и жалобно простонала:
— Кто-нибудь покормит бедную девочку? Или ей придется умирать голодной смертью?
— Двадцать секунд потерпишь? — поинтересовался я, отследив местонахождение своего заказа.
— Угу… Если ты меня поцелуешь…
— Если я тебя поцелую, оладьи покроются коркой льда… — чувствуя, как в ней пробуждается желание, ухмыльнулся я. — Хотя ход твоих мыслей мне нравится…
— Тебя надо принимать натощак… — закрывая глаза и подаваясь ко мне грудью, прошептала девушка, потом подумала и добавила: — А еще после еды и иногда — вместо… Поэтому поем потом…
…Как мне было хорошо! Счастье, переполнявшее Эль, ощущалось так сильно, как будто мои способности к эмпатии программно усилили раза в два. Чистая, ничем не замутненная радость от каждого моего прикосновения сводила с ума и мою хозяйку, и меня вместе с ней. Самым потрясающим было то, что она, принимая мои ласки, пыталась почувствовать меня, и доставить удовольствие своей, пусть любимой, но все-таки игрушке. Идея, до которой она додумалась, оказалась проста, как все гениальное — по ее просьбе я то активировал, то отключал прямое подключение, а она, корректируя свои действия, училась меня понимать! И к моменту, когда в комнату проник первый лучик пробившегося через тучи солнца, у меня появилось стойкое ощущение, что вот-вот я перестану ощущать грань между ее эмоциями и своими…
Глава 20. Верден Кайм.
— Ну, вот, я в тебе не ошибся… — глядя, как догорают обломки «Флии», пробормотал Плахин. — Еще один конгрессмен покинул этот бренный мир для того, чтобы освободить путь для тех, кто решил немножечко пройтись по головам…
— Спасибо, господин генерал… — буркнул Верден. — Ну, что, продолжим?
— Ага, я уже дал команду… — уперевшись руками в подлокотники кресла, Плахин слегка приподнялся и потянулся рукой к планшету, валяющемуся на заднем сидении командно-штабного «Носорога». — Посмотри, на четвертой линии — прямой репортаж…
Переключив экран на картинку, транслируемую с комма Колпина, Кайм напрягся: грузовая платформа, на которой должен был находиться господин Седрик Ульфсар, пыталась, используя мощь своих двигателей, уйти из силового захвата.