— Ага… а ты сам… Мирос… живешь по этим заветам? Довольствуешься малым?

— Конечно!

— И проповедуешь это другим…

— Ущербным! Больным! Злым! Я помогаю им! Я рассказываю! И напоминаю, что смерть — это еще не конец. Смерть — лишь новый этап нескончаемого пути. Будет перерождение, будет новая славная жизнь и….

— Перерождение?

— Оно самое! И чем смиреннее ты жил в жизни этой, тем…

— Вот теперь понял, — еще раз кивнул я. — И вспомнил.

— Вспомнил что? — удивленно моргнул Мирос.

— Что не раз бывал в роскошных небесных клубах, где стены обиты кедром, а полы выложены дубовым паркетом… и не раз слышал важные беседы… Сидящие в просторных залах джентльмены, одной стоимости чьих запонок хватило бы, что накормить наконец досыта небольшую страну, неспешно режут золотыми ножичками стейки из мраморной говядины тех сучьих коров, что в жизни не ели травы с сочностью меньше девяноста процентов и паслись исключительно на небесных островах… они режут эту говядину, чавкают испачканными в жире губами и беседуют… знаешь, о чем говорили поднебесные, старик?

— Ч-что… ты о каких таких временах?

— Те гребаные джентльмены, утирая губы полотняными салфетками, попивая из хрустальных фужеров горькое вино и вкусную водку, беседовали о том, как бы заставить нищих гоблинов вроде тебя не давиться имитацией мяса, а наслаждаться ею — каждым сраным фальшивым кусочком курицы, которая не курица, каждым мелким глотком чая, что не чай, а опилки из сорняка, росшего рядом с чайной плантацией… Как, мол, внушить тупым гоблинам, что надо ценить имеющееся и пореже глядеть вверх — на едва проглядывающие сквозь ядовитый смог сверкающие вершины небесных башен… И знаешь… оказалось и придумывать ничего не надо. Все придумано за века до этого! Достаточно снова послать туда, вниз, легион смиренных проповедников умеренности, что научат жадный до земных благ сброд умению подавлять в себе жажду настоящей яркой жизни и начать вести жизнь суррогатную и серую, но с самой сладкой в мире приправой — бесконечной экранной херней о чужой богатой и полной впечатлений обалденной жизни. Сиди перед экранами, жри штампованные из крысиного дерьма чипсы с оригинальным ароматом картошки, запивай их убивающей твои кишки сладкой пузырящейся химозой или дарящим забвение дешевым порошковым пивом… И часами смотри в экран, где другие гоблины покажут тебе, что такое настоящая жизнь… Не желай путешествовать по умирающему миру — экран покажет тебе улыбающихся гоблинов с наигранными шутками, которые попутешествуют за тебя! Не думай о дорогих ресторанах — другие гоблины побывают в них, сожрут лучшие блюда и покажут тебе испачканные в элитном соусе оттопыренные пальцы — сука, было вкусно! Не качай мускулы, не тренируйся — просто вруби спортивный канал и увидишь накачанных парней с белозубыми улыбками и упругие ягодицы девушек в разноцветных трусиках. Они улыбнутся тебе, гоблин — через экран!.. И ты поверишь, что их улыбка была адресована именно тебе. И зайдешься смущенным смехом в своем обосранном кресле с подлокотниками в засохших соплях… И на твоем полном фальшивой едой жирном брюхе заколыхается вечно мокрая от пота вонючая футболка с изображением какого-нибудь мускулистого супергероя… Вот он, сука, идеальный гоблин! Да?