Пнув дверь, я отлетел назад, когда створка отпружинила и не поддалась. Ухватившись пальцами за край металлической створки, потянул на себя, сгибая преграду. Как только места стало достаточно, я сунулся в щель, ударом локтя отбил хищно потянувшуюся ко мне колючую лиану — острые шипы оставили белые борозды на пластике налокотника — и оказался наконец на небольшой крыше, что некогда была увенчана остроугольным стеклянным потолком по центру, что сейчас обвалился почти полностью. Осталась лишь часть металлических ребер, на которых висела примотанная проволокой грудина с ребрами. А где остальное? Выглядит все так, будто тут кормили вкусняшками местную живность…
Но это все пролетело шелестящей привычной мысленной ухмылкой, в то время как я уже занял позицию на углу крыши, уложив дробовик под руку и взявшись за винтовку. Что у нас тут?
Холм из битого красного и желтого кирпича оказался частью кольцевого вала. Похоже, там некогда стоял дом, но внутренний мощный взрыв расшвырял его по округе, оставив пустоту в центре, выстланную нанесенной ветрами землей. И вроде как тут росло немало деревьев и кустарника, но сейчас осталась лишь изрытая земля, переломанные ветки и вывороченные корни.
Стоило мне увидеть знакомо сломанные и вдавленные в землю древесные стволы, как уже стало кое-что ясно. Тут поработала тяжелая боевая техника. Шагоходы. А вон те следы от тяжелых экзоскелетов, или же они просто были нагружены сверх меры.
Мягко поведя стволом, я вжал спусковой крючок, и с хриплым рыком мчащийся в атаку кропос упал с пробитой холкой. Прицел чуть в сторону… выстрел… мимо… выстрел… метнувшийся в сторону зверь упал и забился, пытаясь дотянуться оскаленной пастью до простреленного позвоночника. Перекатившись, я позволил спикировавшей вивере схватить пастью пустоту вместо моей шеи и шаркнуть пузом по крыше. Перекатившись обратно, ударил локтем, придавил своим весом, ощутив, как с хрустом поддаются ломающиеся кости. Сбросив тварь вниз, трижды выстрелил, заставив невнятную хрень с щупальцами вместо рук, но в целом похожую на огромного гоблина, отступить на пару шагов от орудующего тесаком Рэка. Получить три выстрела в центр кожистой груди и выжить… охренеть… Я начинаю понимать слова Луки… чтобы выдерживать такую конкуренцию, здешние муты должны обладать настоящим арсеналом — регулярно пополняемым к тому же.
Перезарядившись, вбил две экспансивные пули в мотающего раздутой башкой крепыша с щупальцами, и это наконец убедило его прилечь и отдохнуть на мокрых от крови камнях. Еще три выстрела накрыли двоих из кружащей вокруг схватки стаи кропосов зерноедов. Остальные, будто получив некий приказ, бросились врассыпную. Глянув, куда бежит самая быстрая и грациозная тварь, ведя за ней прицелом, я выстрелил и… пуля влетела в костистый щиток на спине крупного кропоса, что ударил более мелкую особь, буквально отшвырнув ее в сторону, спасая от моей пули. Зверь рыкнул, задрав голову, глянул на меня и… они рванули прочь. Я успел выстрелить дважды, но пули ушли мимо. Усмехнувшись, я медленно кивнул, глядя на чернеющие щели в бетонных завалах, куда утекли проворные звери.