- Успокойся, птичка. Я никогда не причиню тебе вреда, - успокоил девушку, обнимая за напряженные плечи и гладя по белокурой голове. – Я признаю, что несправедливо обижал тебя, но обещаю, что больше такого не будет.

Через некоторое время почувствовал, как она расслабляется в моих руках. И хотя мне хотелось большего, сейчас было достаточно того, что ее сердечко билось рядом с моим.

Утром я обнаружил, что девушка снова лежит на мне, крепко вцепившись руками и ногами. Несмотря на то, что ее душа пока еще не приняла меня, тело доверяло и тянулось ко мне.

- Пора просыпаться, птичка, - прошептал, проводя рукой по ее спине и оставляя на губах целомудренный поцелуй.

- Дрейк, - выдохнула она, медленно открывая сонные глаза и пытаясь отстраниться.

- Не отгораживайся от меня, - велел я, глядя в ее настороженные глаза. – Поднимайся и пойдем завтракать, - добавил, вставая с кровати и одеваясь.

Дарина

Вместе с утром ко мне снова вернулись неуверенность и беспокойство. Почему вчера Дрейк передумал наказывать меня? Что означают его слова, и могла ли я им верить? И вообще, зачем понадобилось мое доверие, если раньше ему это было безразлично? В голове опять всплыли слова, которые сказал муж, когда я умирала, и я снова прогнала их. Ведь если поверю, то опять буду страдать.

Как ни странно, Дрейк больше не давал повода для огорчения или обиды. Он проводил со мной много времени, сопровождая на прогулках и рассказывая интересные истории о драконах, а ночами просто держал в своих объятьях, не предпринимая никаких попыток к большей близости. Но, несмотря на это, мои сомнения не хотели уходить, не давая получать удовольствие от семейной жизни, которая сейчас была почти такой, о которой я когда-то мечтала. Да к тому же, Дрейк больше не упоминал о своих чувствах, и мне уже казалось, что его признание просто померещилось в предсмертном бреду.

Дрейк

Прошел уже почти месяц с тех пор, как я спас Дарину от Сюхкоатля, но, что бы не делал, все равно не смог добиться, чтобы она полностью открылась и доверилась мне. Ведь я не сомневался в том, что у девушки есть ко мне чувства, иначе бы она не реагировала так остро на то, как ранее с ней обращался, и не смогла бы убедить моего зверя отступить и передать мне контроль.

Сегодня в деревне была ярмарка, и я решил сводить туда жену, чтобы отвлечь от тревожных мыслей и порадовать. Когда мы туда прибыли, веселье и торговля были в самом разгаре. Деревянные казалы, обитые лоскутами разноцветных тканей, трещали под весом груженых корзин и бочонков с медом и яблочным сидром. В воздухе витал аромат свежей выпечки, хлеба, корицы и карамели, а вдоль прилавков тянулись гирлянды из ярких лоскутов, разноцветных лент и бубенцов. Вокруг зазывно звенели голоса торговцев, предлагавших кнуты из рогов оленя, деревянные игрушки ручной работы и свежесваренный квас. Старики щурились, рассказывая легенды, а юные девушки примеряли пестрые платки и пели народные песни, кажется, оживляя саму землю.