Ганновер

2 июня 1752 года.

Фридрих Прусский негодовал. Почему он, быстрый и опытнейший военачальник сидит тут, под Ганновером? Этот нерешительный сын английского короля все никак не собирался переподчинить ему, Фридриху все войска и ганноверские и, собственно, английские части. Зачем это сидение и ничегонеделание, когда Фридрих уже мог требовать капитуляции австрийцев? А еще русские. Да! Их остановили, но Фридрих подозревал, что это только затишье. У России более мощный военный потенциал. Кроме того, Фридрих стремился лично отомстить за варварское убийство генерала Зейдлица. Он теряет время.

— Шидлоф! Мне нужен Манштейн! — выкрикнул король Пруссии из своего шатра.

Через пятнадцать минут генерал-майор Кристоф Герман Манштейн, демонстрируя идеальную выправку, стоял перед своим королем.

— Во-первых хочу сказать, что Ваши «Записки о России» [в РИ изданные в 1753 году] не соответствуют тем смыслам, которые следует вложить в книгу. Обрисуйте русских как диких варваров с Востока. Кочевников и лесных людей. Не следует писать о них, как о людях, тем более после того, что они сделали с бедным Зейдлицем, — Фридрих подозвал генерала жестом руки к карте. — Вот! На столе карта окрестностей Ганновера. Вот тут мы, тут англичане. Что скажете?

— Могу сказать, Ваше Величество, что я готов обрушиться хоть на французов, хоть на англичан! Стояние пуще неволи! И любой приказ, который сочтет нужным отдать мой король, я исполню, пусть и ценой своей жизни!– сыпал пафосными словами Манштейн.

— Живите, Кристоф! Но мне нужно, чтобы Вы выполнили деликатную миссию! — король пристально посмотрел на своего генерала, разглядывая в том решительность, основанную не на пафосных словах, но на готовности выполнить не совсем правильный приказ.

— Я готов! — поняв, что речь пойдет о действиях, которые могли не соотносится с понятием чести, Манштейн принял решение.

— Вам предстоит со своим драгунским полком пройти под прикрытием тумана вот тут, — король очертил линию. — Напасть сперва на французский центр, но быстро уходить и после обстрелять англичан.

Король взял паузу, силясь определить реакцию генерала.

— Мундиры! Нас узнают по мундирам! — привел весомый довод генерал.

— Часть своих людей оденете в красные мундиры. Этим отрядом нападете на французов. Часть оденете в белые, французские, соответственно, эти драгуны обстреляют австрийцев. После вот тут есть овраг, — Фридрих провел еще одну линию на карте. — Уйдете по нему, где можете оставить прусские мундиры. Переоденетесь. И я не хотел бы более Вас и тех людей, которые такое совершат, видеть в войске. Вы отправитесь на усиление под Прагу.