Возле него громоздилась уже целая горка выигранных трофеев. Тут были медные монеты, пуговицы, какие-то бусины и палочки, тускло поблескивал даже один серебрянник, чему я несказанно удивился. Ведь на секунду же отвернулся! Сколько этот паршивец тут уже околачивается⁈

Тут же припомнились все истории о подобном бизнесе. Рабочая схема была проста и неизменна: сперва дураку дают немного выиграть, а потом обдирают до нитки. Впрочем, разъяснительную беседу о вреде азартных игр определённо стоит оставить на потом.

— Каш—, — я спохватился, что хорошо бы не называть имён при такой публике. — Короче, слышишь, ты чего это тут устроил? Нам пора!

Меж тем напёрсточник приостановил свою непрерывную возню и широким жестом предложил Кашкаю выбрать стаканчик. Тот выбрал крайний справа. Дедок наигранно-сокрушённо поскрёб пальем лысину и опрокинул посудину. Под ней оказался шарик размером с яичный желток, и такой же ярко-оранжевый.

— Опять угадал! Вот это я попа-ал, — протянул дедок, не обращая на меня решительно никакого внимания.

К горке трофеев Кашкая прибавилась горсть серебряных монет. Кажется, кто-то начал ставить на этого дуралея всерьёз.

— А вот новая задача, испытай-ка удачу, — завёл дед, вновь накрывая шарик и призывно улыбаясь публике. — Делайте ставки, не всё — одному в шапку. Удача поманит, да слепого обманет…

В толпе раздались сопение и решительные голоса:

— Да не может быть! Я на той неделе тут цельный золотой оставил, а этот бродяга…

— Продует! Спорим?

— А и спорим! На сколько⁈

Увы, я понял, к чему идёт дело и поспешил решительно вмешаться в это безобразие.

— Пойдём уже, пора! — я крепко взял Кашкая за плечо и сильно встряхнул.

Он наконец обратил на меня внимание и блаженно улыбнулся, широким жестом указав на своё богатство.

— Не-ет, духи говорят, они нашли способ решить все наши проблемы!

Сделав это феноменальное заявление, он почти не глядя ткнул в центральный стаканчик, старик — кажется, уже действительно несколько растерянный — покорно его опрокинул, предъявив всем собравшимся жёлтый шар.

В топле зашептались. Где-то, но выдохе повторяли «духи, духи…». К столику протиснулся верзила с обвислыми усами, но с таким размахом плеч, но усы уже мало кого могли заинтересовать. Обменявшись с дедом короткими взглядами, он упёр мне в грудь широкою, как лопата, ладонь, и одним движением сдвинул меня шага на два назад.

— Тебе чё надо, проходимец? Видишь, игра у людей честная. Не мешай опчеству!

Я обалдело соображал, что делать. Драться с верзилой? Мне только сломанных рук и ног не хватало перед завтрашним делом. Использовать магию Воды? Так это можно было сразу пойти к градоправителю сдаваться.