Я поймал себя на мысли, что мучительно хочу в отпуск. И конечно же, никакой отпуск в ближайшем будущем мне не светит.

Вечером Марта передала мне дневник — потёртую кожаную тетрадь с засохшей грязью на обложке. Нашли его у тела разведчика, лежавшего на ступенях, ведущих в Храм. Разведчик выполз из подземелья, но умер от ран. Или от какого-нибудь прокляться — кто знает теперь, ведь когда его нашли от бравого воина остался лишь полуобглоданный скелет…

Я сел у лампы и начал читать. Почерк был мелкий, нервный, местами буквы расплывались от воды.

«День третий. Спустились на второй уровень. Вода здесь повсюду. Холодная, тёмная, неподвижная. Но она РЕАГИРУЕТ. Когда Хасим приблизился к стене, вода поднялась и ударила его в грудь, отбросив на три метра. Сломала два ребра».

«День четвёртый. Потеряли двоих в ловушке с водяными лезвиями. Струи воды под давлением разрезают камень. Мы даже не успели среагировать».

«День пятый. Добрались до центрального зала. Зал огромный, куполообразный, полностью затоплен мутной водой. Кристалл находится на постаменте в центре, он испускает яркий голубой свет. Но мы не можем подойти. Вода не пускает».

«День шестой. Потеряли ещё пятерых. Вода нападает волнами. Формирует щупальца, стены, копья. Что-то контролирует её. Вероятно — невообразимо огромное. Я видел глаза. Сотни светящихся глаз в глубине. Командир говорит, что я рехнулся. Но я точно знаю, что видел: они следят за нами».

Последняя запись была короткой и почти неразборчивой.

«Бежим. Оно идёт за нами. Тень в воде с тысячью глаз. Бежим».

Я закрыл дневник и положил на стол. Пальцы слегка дрожали. В прошлой жизни самым страшным документом был акт налоговой проверки нашей компании. Этот дневник был пострашнее.

Тень в воде с тысячью глаз. Левиафан, древний водяной элементал. Древний монстр, охраняющий кристалл. Шестьдесят человек не смогли к нему даже приблизиться. А я собирался как-то с ним справиться.

Рагнар зашёл ко мне перед сном. Капитан выглядел обнадёженным после визита лекаря. И всё же заметно приуныл.

— Марта советовалась с врачом; говорит, мне нельзя идти, — он опустился на стул у двери.

— Она права, — кивнул я. Признаться, я и сам оставил бы Рагнара здесь, ибо калеке, каким бы героем он ни был — не пройти в Храм, где сгинуло уже столько искателей славы и наживы. А если и пройдёт — то обратно не выйти уж точно. Просто я никак не решался заговорить с ним об этом.

— Знаю, что права, — Рагнар стиснул кулак. — Но мне не нравится отпускать тебя одного.

— Я не один. Со мной Гелиос, Кашкай, Сульфур и Эмир.