«На долгую память о тех, кто теперь играет за гранью» — прочитала я.
Фотографии напоминали голограммы, они словно парили в воздухе. Присмотревшись, можно было увидеть, что портреты составлены из мельчайших сверкающих частиц магии. Невероятно красиво.
— Вот! Только не говори, что не видела, потому что этот портрет был на центральной площади!
Я не сразу поняла, о чем она, но уже через пару секунд наткнулась взглядом на очередной портрет и вздрогнула. Красивая девушка с пепельно-русыми волосами и невероятными серыми глазами единственная не улыбалась.
Натали Аронова
— Это стена памяти погибших на играх. Для нее берутся самые последние портреты.
Сердце екнуло. Портрет был не в полный рост, но даже так было видно, что наши платья были одинаковые.
— Она погибла в этом платье! Что именно ты пыталась сказать, надев его⁈
Не отрываясь, я смотрела на красивое и спокойное лицо дочери Аронова. Стоило признать: ей платье шло больше. Роскошный блонд сочетался с темной тканью, идеальную осанку можно было назвать поистине королевской. Я невольно задумалась: как она погибла? Как в видении, что показал мне шар, превращаясь в холодное изваяние? Или для нее Аспер придумал что-то другое?
Кейт надо было что-то ответиьб, но я не знала, что. Рассказывать об уговоре с Аспером не хотелось. Позволять ей думать, что я посмеялась над памятью дочери Аронова — тоже.
От необходимости отвечать меня спас никто иной как герой сегодняшнего перфоманса — Аспер.
— Расскажешь, почему твоя мать сегодня слезно умоляла меня тебя бросить? — с ходу поинтересовался он, оттесняя Кейт.
Она бросила на меня ледяной взгляд, но не решилась перечить Дашкову и отошла.
— Я испугалась рассказывать, что участвую в играх и соврала, что иду на бал с тобой и именно поэтому ты прислал мне платье.
— Тогда я угадал с ответом.
— Что ты ей сказал⁈ — взвилась я.
Теперь меня еще и дома подвергнут моральным пыткам!
— Впрочем, плевать. Ты доволен? Наслаждаешься произведенным эффектом?
Аспер медленно перевел взгляд с меня на портрет Ароновой и улыбнулся. Улыбка получилась жуткой, какой-то безумной.
— Ей оно идет больше.
— Ты прислал мне платье, снятое с мертвой девушки.
— Обижаешь. Оно новое. Сшито специально для тебя, ты ниже ростом и…
Его взгляд задержался на декольте.
— Менее фигуристая.
— Что с тобой не так? — повторила я вопрос Кейт. — Зачем ты это делаешь?
— А ты как хотела, Огнева? Это цена за жизнь твоего приятеля. Думала, я устрою тебе детский розыгрыш на глазах у всего бомонда Петербурга? Это слишком мелко и скучно. Нет, идея игры такая: ты получаешь то, что хочешь — в данном случае, жизни своих приятелей — но за это платишь всем, что тебе ценно. Улыбайся, Ярина. Улыбка у тебя красивее, чем у твоей предшественницы.