Алиса дышала кислородом. В её крови теперь слишком много этих бластных клеток. Должны были сделать операцию — пересадку костного мозга. Я, наверное, и донором мог бы стать, а тут ещё и эта заваруха с пандемией началась. Сначала сказали, что на две недели уходим на карантин. Потом меры ослабили, но нам снова сказали, что нужно ждать. Мы и ждали. Пока поздно не стало. А тут ещё и какая-то аутоиммунная хрень у Алиски обнаружилась. То ли последствия лечения, то ли самого лейкоза. В общем, сказали, что нельзя ей операцию делать. Где-то за границей вроде как лечат и такое, но тут проблема не только в отсутствии денег, но и в том, что границы снова позакрывали. Короче, это, считай, приговор.

Алиса стянула с лица маску. Руки у неё тонкие такие стали, все в синяках от капельниц. Где там только вены находят-то?

— От тебя воняет, — скривилась она.

— Да? — удивился я. — Надо было в душ сначала сходить.

— Нет, от тебя не тобой воняет. Я теперь что-то чувствую, оно как запах, но на самом деле совсем не запах. Не знаю, короче.

— Я сегодня был подопытной крыской, — зачем-то сообщил ей.

— На тебе прививки испытывали?

— Нет, — ответил, присаживаясь на стул рядом с алискиной постелью, — один мой знакомый изобрёл игру. Виртуальная реальность, но очень реалистичная. Там всё, как на самом деле, и запахи, и боль чувствуешь. Не знаю, как он так сделал, но я никогда такого не испытывал. Будто в другом мире побывал.

— А мне можно? — её запавшие глаза заблестели, она даже попыталась привстать в постели. — Ну, пожалуйста, я тоже хочу поиграть!

Вот, чёрт дëрнул меня за язык!

— Нет, Алис. Ты ведь болеешь, а туда только здоровых берут.

— Но это же игра! Почему мне нельзя поиграть? Знаешь, как мне этот телик надоел? Да я его разбить уже готова!

— Там… я боюсь, что это опасно. Ещё ведь неизвестно, вдруг это для здоровья вредно. А ты даже с постели не встаёшь.

— Я встаю. Мне лучше стало. Надежда Николаевна приходила, сказал, что мне пока не будут этот… марафин давать.

— Морфин, — поправил я. Наверное, это хорошо, что пока его не назначают. Может, всё не так плохо.

— Там профессор один всем этим заправляет. Давай я спрошу у него.

— Спроси! Очень хочется в другом мире побывать! — от этой фразы меня передëрнуло.

— Обязательно спрошу, — пообещал я.

— Расскажи про игру, — попросила она и вдруг закашлялась. Алиса прикрыла рот платком, но я заметил, как на белой ткани проступает кровь. Девочка тоже увидела красные пятна и быстро спрятала платок. Я знаю, что она хочет быть сильной. Не хочет лишний раз расстраивать маму или меня, говорит, что с ней все хорошо. И едва ли сама в это верит.