— Ты глухой или тупой? Не знаю я никакого Рамзеса!

— Хорошо, не знаешь. Но выслушай меня, только послушай. О большем не прошу.

— Ладно, — согласилась Вика, немного поколебавшись, вернулась и присела на кушетку, — но после сразу уйду.

— Спасибо… Обещаю.

Воистину искуситель! Лапочкой прикинулся, гусеничкой.

Хитрый червяк!

— Рамзес не просто отпрыск высокопоставленного нагга, он — дитя самого императора.

— Да что ты говоришь! — Вика старательно изобразила потрясение, выпучив глаза и разинув рот. — Нифигасе!

Заламин и жалом не повёл.

— Последний многоликий принц, но не первенец. До него был другой наггеши и его готовили в императоры, но однажды… На императорскую семью было совершено покушение, и старший — С-Хэмиштеш прикрыл собой младшего. Рамзес и император выжили, благодаря ему. С тех пор Рамзес винит себя в гибели своего единорожденного и считает, что должен был умереть вместо наследника. Понимаешь?

Вика неуверенно кивнула.

— Император всё ещё скорбит, а Рамзес… Рамзес не хочет становиться его преемником и всячески сопротивляется. Он сбежал и снова в опасности. Потому правитель и… нанял меня, чтобы я защищал наггеши. Я за него жалом отвечаю! Из достоверных источников Ремлат узнал, что Рамзи прячется в КВШ под личиной нагга. Но его ищем не только мы, но и убийцы.

Викуся представила несчастные глаза многоликого принца и его горькие слова зазвучали у неё в ушах:

«Поможет… отправиться к Прародителю на тот свет и так защитит… Укокошить он меня хочет!».

Вика не знала, кого слушать. Кто-то из них лгал или ошибался. Однако кое в чём эти двое единодушно сходились — Рамзес в опасности, его хотят убить. Возможно, она сумеет помочь наггеши, но… Викуля не доверяла заламину, по-прежнему не доверяла.

— Почему я должна тебе верить? — она лихорадочно соображала. — Допустим, я знакома с Рамзесом. Хоть это не так. Но откуда мне знать, что ты сам не задумал порешить его где-нибудь втихомолку?

— Зачем мне это делать? — заламин возмутился так искренне, что Вика в себе засомневалась.

А что, если Рамзес не того подозревает?

— Ну-у… — она подбирала аргументы. — Мало ли… Вы с Ремлатом его связали и…

— А тебе не кажется, что именно это обстоятельство свидетельствует в мою пользу? — подхватил Дэсс. — Если бы я собирался его убить, то придушил бы сразу, а не тащил бы во фланокер.

'И то верно! — решила Викуся.

Что-то здесь не вяжется…

— И не вызволял бы его из наркопритона, с риском для собственной жизни, чтобы здоровым и невредимым доставить к апаше-императору.

«А на месте императора отстегал бы его за это кнутом, да так, чтоб шкура отслаивалась и долго не заживала».