— Что ж, раз уж нашли, и черепушки целы, грех будет, словом не перемолвиться, — крякнуло Оно. — Надоедать не будем, но разговор есть. От ужина не откажешься?

Полумёртвая не отказалась. Сожрала в одну глотку всё, что принесли гости в торбе, лишь выплюнула остатки куриных костей.

— А ты говоришь, желуди да воздух, — заметило Оно, дымя короткой трубкой.

— Так обстоятельства же, — вздохнул Анчес, поглядывая на три холмика под большим дубом — могилки уже засыпала желтая листва.

— Третий-то кто? — поинтересовалось Оно, указывая чубуком на могилы.

— Лях. Который отцом был, — впервые подала голос Хелена, поднимая веточку и начиная выстругивая здоровенным ятаганом зубочистку. — А лошадей я отпустила.

— Тоже правильно, — кивнуло Оно. — Значит, по обычаю помянуть надо.

Хеленка глянула на фляжку и помотала лохматой головой:

— Не пьющая я. Дурею.

— Я тоже, — поморщилось Оно, доставая два крошечных, с наперсток серебряных стаканчика. — Но обычай есть обычай. Как к серебру? Алерхии нет?

Полумертвая девушка махнула грязной рукой и взяла крошечную цацку. Пригубили. Анчес глотнул из фляги, трижды плеснул в сторону могил.

— Да, храбрые были казаки, — молвило Оно. — Жаль, что сгинули без пользы. Лях-дедок тоже намучился. Пусть уж лежат спокойно, отдыхают. Дуб-то и, правда, чудный. Ну и ющец с ним, к делу перейдем. Скажу просто. У тебя есть штуковина, тут она без пользы, а если в хорошие руки отдать, то вполне и пригодится. На молот не поглядывай. Я честный обмен предлагаю. Беру тебя и ланцет — оба обустроитесь на новом месте. Там тебя искать не станут. Ни родичи тех селян, что в лесу сдуру головы сами себе попробивали, ни иные хваткие люди, что рано или поздно за лекарской железкой заявятся. Избыточен твой ланцет для этого мира, случатся с ним большие хлопоты. А у нас применение ему найдут. У нас малолюдно, чинно, спокойно. Ты себе пристанище найдешь по вкусу. Можно на тёплом берегу, можно и в лесу. Жёлуди опять же и там есть. А тамошний народец к мёртвым, полумёртвым и живым, куда ровней, чем здешние относится. Предрассудков и мракобесия поменьше. У меня вот знакомец ныряльщик имеется — шкилет-шкилетом, но в приличной семье живет, не жалуется. Уважают мертвяка. Ну, оглядишься, сама решишь: к мёртвым пристроиться, или к кому живому прислониться. И дело найдется. Опять же, в кузню можно, с твоими-то талантами, отчего и не пойти? Хотя, конечно, для начала грязь соскрести, да и умыться бы не помешало. Впрочем, рубашку и куртку мы тебе по любому оставим. А в остальном решай. Чего тебе, нежити пролетарского происхождения, терять? Молот с собой прихватишь. У тебя, кстати, в шалаше серпа нету? Странно. Ну да ладно, что я по пустякам отвлекаю. Решай, Хелена…