— Идем на поляну, — приказал я, выводя их из ступора, и повернулся к Лене. — Что пьем?
— Огонь и, может, рассечение? — предложила она.
— Хорошо, только на поляне, а то мало ли, как долго будем добираться и драться. Так сколько вас? — повторил я вопрос, повернувшись к толпе.
— Шестьдесят два осталось. Эта тварь уже дюжину наших схарчила. А с оружием половина.
Я кивнул и повел всех на поляну.
— Патроны зря не тратьте, цельтесь по глазам, в пасть, когда откроет, и в брюхо, если поднимется, — наставлял я людей. — И в нас не попадите. Волка тоже не трогать.
На поляне примерно сто на сто шагов мы едва успели распределиться, а за спиной уже трещали кусты. Я только успел выпить эликсир из хвоста бобра-секача, как появилась эта образина.
Лена выпила эликсир огня и через секунду зажгла его на ладони.
Игломет оказался крупнее, чем я думал, четыре метра в холке. Черная тварь с иглами ржавого цвета. Иглы шуршали при движении жутковато, даже мистически — понятно, почему люди предпочитали бежать, а не сражаться. Даже сейчас позади нас послышалось несколько испуганных возгласов.
— Мы все умрем, — простонал какой-то мужик.
— Заткнись и целься лучше, — осадил его другой.
Тот поскулил и затих.
А игломет замер на той стороне поляны, осмотрелся и заревел. Ему в пасть тут же залетело несколько пуль. Монстр заткнулся, словно подавился, замотал головой, издал горловой рык с закрытой пастью и топнул по земле.
— Осторожно! — крикнула Лена и прыгнула в сторону.
Я услышал шелест, высокая трава зашевелилась. И я тоже отпрыгнул. Мимо проползла черная плеть, утыканная шипами цвета засохшей крови. Как жаль, что не успел спросить, что значит этот цвет. Позади народ тоже подался в стороны, судя по возне. И все же кто-то замешкался и вскрикнул. Я не стал смотреть и просто отсек плеть магией.
Тварь это явно расстроило и она затопала лапами. По поляне поползло теперь много плетей и лиан разной толщины. Я замахал руками, рассекая их, Лена ставила стены огня на их пути. Все, пора отвечать, решил я.
Под прикрытием огненных стен я подобрался ближе и выпустил разрез в самого игломета. В ответ раздался рев не столько боли, сколько удивления — ему явно редко давали отпор. Но и порез получился не слишком сильным. Я недовольно поджал губы. Надо становиться сильнее. И вот эта тварина мне и поможет. Только убить бы ее сначала.
— Игнис, вперед! — скомандовал я.
И мой волчонок бесстрашно бросился в бой. Пока я целенаправленно делал надрез за надрезом в области шеи игломета, вспомнив рассказ Ильи о том, как он расправился с гадюкой, Игнис и Лена отвлекали его огнем. Орава людей тоже не отставала и палила в монстра, но прицельно.