Владимир машинально придержал дверь для Лены, но увидел, что она остается, и с понимающей улыбкой вышел.
— Все это время я думал, что рядом ты, — тихо сказал я, когда мы остались одни.
Лена продолжала сжимать мою ладонь, но ее пальцы вдруг стали холодными. Я любовался ее чуть вздернутым носиком, упрямым подбородком, немного пухлыми губами. Как же хотелось дотронуться до них, но рука была занята.
— Я хотела остаться, но Вадим был прав — сильные маги справятся лучше. Хотя с каких это пор зеленые маги сильные? — нервно усмехнулась она. — Я пойду, Саш, тебе нужно отдыхать. Набираться сил. В деревне полно дел, а ты…
— Я все время думал о тебе, — повторил я настойчивее.
Как же давно я не объяснялся с девушками. В последнее время в своем мире не хватало времени на романтику. Я предпочитал очень простую схему: подсесть в баре, перекинуться парой слов и подняться в номер, чтобы утром разойтись навсегда и снова бежать по делам. С Леной так нельзя, она слишком молода, к тому же что-то там случилось перед ее изгнанием. Надо быть осторожным и не спугнуть ее. Мне очень не хотелось все портить.
— Ты все время был без сознания, — усмехнулась она и посмотрела мне в глаза. — И ты нравишься Нике. Она постоянно была рядом с тобой.
— Очень жаль ее, потому что мне нравишься ты, — тихо сказал я, радуясь, что черные точки исчезли.
Лена замерла. Она так пристально смотрела на меня, словно пыталась прочесть ответ на свой невысказанный вопрос у меня на лице.
— Нужно было побывать на грани смерти, чтобы понять это? — тихо спросила она.
— Я не знал, как подойти и сказать тебе это, — мягко поправил я ее. — Мы постоянно на виду, все время что-то делаем, куда-то спешим. Просто отвести тебя за угол — потом разговоров не оберешься. А я не хотел, чтобы о тебе судачили.
— А о тебе? — Она покраснела.
— А я что? Мужчинам это не так важно, — сказал я и увидел, как Лена покраснела еще сильнее.
Я потянул ее к себе. Она не стала сопротивляться и сама коснулась моих губ — смущенно и как-то неловко. Я положил руку ей на затылок и показал, как надо. От поцелуя бросило в жар. Но не тот, что жил в животе столько времени, а приятный, желанный.
Но вот он закончился и Лена поспешно выпрямилась. Ее щеки пылали маковым цветом, глаза блестели, дыхание сбилось. А я осознал, что улыбаюсь, широко и довольно.
— Тебе надо отдохнуть. Мне тоже, — смущенно произнесла она. — И Ника…
— Я не собираюсь бегать от неприятного разговора. Объяснюсь с ней, как только встану на ноги. Обещаю не ждать удобного случая — тут его быть не может.
Она кивнула и снова потянула свою руку из моей. В этот раз я не стал удерживать. Когда Лена ушла, я снова счастливо улыбнулся и мгновенно уснул.