Он всё-таки подошёл к Гаю с вопросом про доктора Викторию Схайаму. И получил доходчивое разъяснение и дополнительный вопрос:

— Как думаешь, она сможет наладить производство той дряни, которой вас пичкали, чтобы расширить вот эти вот…

— Адаптивные пределы?

— Именно! Мне, знаешь ли, планету заселять, а тут только ты, да я, да ещё пару мутантов выжить смогут…

— Я не биолог, точно сказать не смогу, но Вика — умница, почти гений, и кроме неё вам точно никто помочь не сможет. Олбрайт бы смог, но его, с-ка, муравьи сожрали, туда ему и дорога. Без Вики вам в этом деле точно не обойтись!

С одной стороны Гай понимал, что может нагрузить Давыда Марковича целенаправленным поиском данных в массивах информации с «Кашалота», с другой — складывать все яйца в одну корзину было чревато. Слишком много всего было завязано на этого вредного ИскИна, и слишком большой опасности Гай подвергал всё дело Ярра, полагаясь только на него.

— Будем думать! — сказал он. — Со временем — точно займёмся реанимацией твоей подруги, но лучше это делать в хорошем медцентре, да? Мы не можем рисковать её гениальной головой, всё-таки есть некоторые проблемы с разморозкой…

Вот это Адаму было понятно. Он разгладил свой новенький, но уже заляпанный маслом комбез, расчесал непослушные волосы массивной пятерней и кивнул.

— Пойду посмотрю как Солнышко ведёт себя в гипере, ладно, кэп? — у бортинженера помимо доктора Схайамы явно появилась ещё одна любовь.

Солнышком он называл термоядерный реактор холодного синтеза и проводил с ним всё своё свободное время, что-то калибруя, отлаживая и перепроверяя.

— Адам! Слушай, мне нужно документацию по кораблю оформлять, как тебя в список членов экипажа внести? Просто «Адам» не годится. Там шаблон — фёст нэйм, мидл нэйм, сэконд нэйм… Деваться некуда.

— Силард, Адам Бэдфорд Силард — так и напишите!

До Причиндалов оставалось меньше трёх часов.

Причиндалы гудели. Что-то происходило, и шепотки и косые взгляды сопровождали Гая всю дорогу до бара, где они договорились встретиться с Джипси. Сталкеры, обычно шумные и говорливые между рейдами, теперь хмуро бродили по коридорам, и разговоры их были больше похожи на рычание хищников, демонстрирующих готовность отстаивать свою территорию.

Ни Джипси, ни его парней в баре не было. Бармен на вопрос по существу только нахмурился и сделал неопределённый жест рукой, не желая отвечать.

— Ладно, а Иоахим фон дер Бодден, например, на станции сейчас?

— Иоахим фон дер Бодден после того, как сорвал куш с «Кашалотом», продал свою «Тень отца Гамлета» и улетел на Нойшванштайн — жениться. Будет теперь порядочным бюргером, — на этот вопрос бармен с охотой ответил. — А что касается Джипси — я знаю, у вас были общие дела, но теперь тебе не стоит за него впрягаться — засосёт…