— Потому и говорю, что завидую, — в который уже раз равнодушно пожал плечами генерал-полковник, тем самым заставив своего собеседника чуть сдуться. Ведь петушиться было хорошо лишь перед тем, кто исходил бы черной завистью. А тут такой облом — «красный» совершенно спокойно относился к факту имеющихся в его стране недостатков в плане выделки ГСМ, полагая это неизбежным злом. Да и только.

Дальнейшие многочасовые заезды разом десятка всевозможных М-4 по полигону, наглядно продемонстрировали всем собравшимся еще одну проблему данного танка. Что со старым типом подвески, что с новым — схожим с таковым от советского артиллерийского трактора СТЗ-5, основной американский танк совершенно не выдерживал скоростные длительные марши. За отведенные на преодоление полутора сотен километров 6 часов одна лишь экспериментальная машина с торсионами смогла добраться до финиша, тогда как все остальные провалили устроенный им Александром грязевой тест.

Пусть много кто утверждал, что танки грязи не боятся, на самом деле это было совершенно не так. Боятся. Еще как боятся! Что Геркан и постарался наглядно продемонстрировать своему американскому коллеге-танкостроителю. Прежде чем выпускать танки на трассу, он едва ли не собственноручно обмазал элементы подвески всех отобранных машин подтаявшей глиной и землей вперемешку со снегом, после чего принялся наблюдать, как начали вылезать наружу многочисленные конструкторские дефекты.

Сперва на многих опорных катках начали крошиться перегревающиеся от слишком быстрого движения резиновые бандажи. Не спасала положение даже поздняя зима с её околонулевой температурой воздуха. Потом из-за перегрева втулок и подшипников один за другим начали клинить и сами опорные катки, которые, будучи облепленными огромным слоем грязи, банально не могли, как охлаждаться, так и смазываться через указанные производителем интервалы. Ведь по условию проверки машины двигались якобы ускоренным маршем, отчего мехводы не располагали возможностью сбросить ход, чтобы должным образом обслужить работающую на износ технику.

Да и сами гусеницы американских танков оказались совершенно неприспособленны для перемалывания именно что грязи полей и разбитых проселков. Изначально заточенные на эксплуатацию в пределах дорог с твердым покрытием или же в песках, которых на Восточном фронте имелся жуткий дефицит, они куда чаще проскальзывали, нежели сохраняли сцепление с поверхностью. Два танка даже улетели с трассы в кюветы и их впоследствии вытягивали лебедками.

Но, тем не менее, рекомендации Герканом были даны, и до конца войны СССР получил из США свыше 5000 тысяч «Шерманов» модели М4А2 со спаркой дизельных двигателей, а также еще полторы тысяч САУ «Прист» со 105-мм гаубицей выполненных на их шасси и под три сотни БРЭМ[2].