— Мне докладывали несколько иные сведения, — принялся постукивать пальцами по столешнице, несколько ушедший в свои мысли глава государства. Они как раз прошли в столовую и разместились на тех же местах, что в первый визит Александра на эту дачу.

— Так вы, товарищ Сталин, для того меня туда и посылали, чтобы я, так сказать, на месте осмотрел всё своим глазом и пощупал всё своими руками, — слегка пожал плечами краском, покосившись в сторону застывшего рядом каменным изваянием Власика. — Полный доклад буду готов предоставить в течение суток, ежели мне выделят место для работы и потребные канцелярские принадлежности. Уж извините, но заниматься его составлением в пути, было слишком опасно. Информация-то совсем не для чужих глаз и ушей.

— Да, тут вы правы, товарищ Геркан, — не стал уточнять секретарь ЦК в чем именно из ранее озвученного, тот был прав. — И всё необходимое вам, конечно же, предоставят. Погостите здесь пару дней, а после вас отвезут повидаться с семьей. Они тут недалеко отдыхают. И, поверьте мне, совершенно ни в чем не испытывают нужды. А пока можете рассказать мне в общих чертах, к каким мыслям вы пришли касательно возможного участия Советского Союза в испанских событиях? Вы, как человек технического склада ума, очень хорошо должны уметь раскладывать факты по полочкам. Вот эти самые факты мне сейчас и хотелось бы услышать от вас.

— Да, конечно могу, — тут же подобрался Александр, максимально ровно усевшись на своем стуле, как то и подобало при официальном докладе большому начальнику. Не развалившись же в своё удовольствие его было делать! — С чего бы мне начать? — изобразил он всем своим видом, что задумался, хотя за проведенное в дороге время уже раз десять успел прогнать у себя в голове подобную беседу. — Ага! Начну, пожалуй, с высказывания своей точки зрения о возможном ходе вмешательства СССР и уже от нее стану выстраивать дальнейшее повествование. Точнее с высказывания трех своих точек зрения, дабы остаться максимально беспристрастным в столь непростом вопросе. И каждую из них подкреплю теми или иными фактами. Полагаю, что так вам будет удобнее рассматривать ситуацию с разных сторон и формировать уже собственное мнение обо всём происходящем, а также потребных для нашей страны действиях.

— Это интересный подход, — не стал отказываться Иосиф Виссарионович от такого процесса подачи данных. — Но, почему же именно три точки зрения?

— Большее количество, опасаюсь, рассеет внимание, — не стал Александр уточнять чьё именно, во избежание, так сказать. Всё же в открытую принижать умственные способности такого собеседника, как Сталин, — это надо было иметь, либо мало мозгов, либо переизбыток храбрости, граничащий с глупостью. — А меньшее не позволит мне описать всё, что должно быть озвучено.