Недобитков быстро выносят, а затем устанавливается тишина.

— Что это за пиздец? — спросил я себя, поражённо рассматривая поле боя.

Картечь сделала своё дело — вражеская линия разбита просто в хуй. Среди трупных завалов ползают недобитки, а иногда из-под них даже выбираются относительно целые фрики. Эти сразу же продолжают наступление и гибнут от метких выстрелов морпехов.

Честно говоря, я в ахуе.

Вне зоны досягаемости артиллерии стоят вражеские всадники. Видимо, они тоже в ахуе, потому что сценарий боя не предусматривал ситуации, когда их пехота тупо не доходит до врага.

Но это далеко не всё — из леса выходят новые силы фриков.

— О, да это же жмурики… — разглядел я «состояние» вражеской пехоты.

Жуаньши, носящие мундиры разных провинциальных армий — вот кого решила натравить на нас Александра.

Видимо, это резерв или что-то ещё — но если они и этих убьют об нашу артиллерию…

Их всё больше — тысячи и десятки тысяч. Все — мертвецы, большая часть которых — бывшие живые солдаты.

Но они просто строились, а фрик-командир решил, что надо попробовать кавалерийский удар. «Shock-charge» — классика!

— Это «Изумрудные драконы», дафу Вэй!!! — сообщил мне один из артиллеристов. — Лучшие всадники императора!!!

— О, ну, охуеть, наверное… — дёрнул я плечами.

По этим хуй пойми, это жуаньши или живые — все они закованы в глухие латы байгуйского типа, естественно, украшенные разноцветной чеканкой с основным мотивом на тему, само собой, блядь, изумрудных драконов.

Император, явно, не скупился на оснащение своей элитной ударной конницы. Но теперь этими благами пользуется командир фриков.

Я буду безудержно ржать, если узнаю, что всем этим цирком управляла лично Александра! Ну, кто бы там ни отвечал за командование, пока что, Маркус поставил его раком и жёстко ебёт на глазах у целых двух армий!

«Изумрудные драконы» были не единственными, кто перестроился для атаки — было собрано восемь ударных клиньев, но остальные семь штандартов я не узнал. Да я и об «Изумрудных драконах» узнал только что!

Раздался сигнал рога и кавалерия пошла рысью, сначала по растоптанной траве, а затем по изуродованным трупам.

На дистанции в триста метров по ним открыли огонь морпехи, а на дистанции в двести присоединилась артиллерия.

Уже видно, как ряды всадников стремительно редеют, поэтому, как мне кажется, до ближнего боя дело не дойдёт.

Когда враг приблизился на дистанцию меньше сотни метров, от изначальной численности всадников осталось меньше 10–15%, ну, на мой выпуклый глаз…

«Всё, шок-чарж сорван», — констатировал я, когда последние всадники были уложены вместе со своими лошадями. — «Нахуй».