— Меньше болтай! Вперёд, орф!

Да уж, чувство юмора у неё, судя по всему, осыпалось вместе с её прахом. Посмеиваясь, я двигался по лесу к мосту, который вёл на тот берег реки Выи, в город Качканар. Небо, изрезанное голыми ветками, тихонько светлело, и мне пришлось спешить — всё же, пробираться тайком по тёмным улицам гораздо легче, чем по освещённым.

Один раз, потеряв тропу и продираясь сквозь заросли, я услышал глухое рычание совсем близко, и даже заметил горящие красной волшбой волчьи глаза. Рычание это не предвещало мне ничего хорошего, особенно если учесть, что волки по одиночке не ходят.

Готовясь к бою, я уже лихорадочно раздумывал, как придётся снова продираться к берегу, чтобы переплыть ледяную реку вплавь — а пропади оно всё пропадом! — когда в кустах вдруг раздался громкий треск, сопровождаемый мощным кабаньим всхрюком. И тут же донёсся жалобный волчий визг, стремительно удаляющейся вместе с грозными кабаньими воплями.

— Этот кабан к тебе не равнодушен, — хихикнула Велена, которая тоже на миг запаниковала, — Он точно кабан, кстати? А то, Борис, я даже начинаю ревновать.

— Да уж, — буркнул я, понимая, какие проблемы меня миновали. В моём идеальном плане не было ночной стычки со стаей волков.

— Это твой лесной хранитель, получается.

— Хрюнитель, — нервно рассмеялся я.

— Я серьёзно, Грецкий. У первородных были такие яродеи, которые могли повелевать вплеснувшими. Я тебе говорила, что сила твоей матери не считалась особенной во времена первородных. Но среди новой волны яродеев… уф-ф, я сказала это вслух?

— Продолжай, — потребовал я.

— Ты не мешкай, а зелёными своими батонами двигай, — хихикнула Велена, хотя и так видела, что я тороплюсь со всех ног. Мне тоже хотелось как можно скорее оказаться подальше от одичавших и всплеснувших волков.

Этот мой охрюнитель Хрюцкий был персоной непостоянной. Вот кабан есть, а вот его нет… Так что было бы разумно надеяться лишь на самого себя.

— В общем, были среди первородных такие яродеи ещё до вашей, грязнокровной волшбы. Если подобрать слово в сегодняшнем русском языке, то лучше всего подойдёт Укрощающий. Но слегка теряется смысл, потому что такой яродей не только укрощал зверей, он и повелевал ими. Может, Повелевающий?

— Повелитель зверей? — усмехнулся я, уже разглядывая среди деревьев ночные огни на качканарском мосту.

— Забавно, но вполне подходит. Просто такой яродей не мог повелевать всеми зверями, а лишь всплеснувшими. Получалось, он частично повелевал и Омутом.

— Ты же говорила, что Омуты появились только потом, после катастрофы со Жнецом?