Эльф, глядя на старика перед собой, почесал затылок. Потом осторожно ткнул копьём, но клюка уверенно отвела тычок в сторону. Анатолий хмыкнул и перехватил копьё. «Ну, мол, раз так!»
Новый тычок, мастер широко отводит клюкой… И тут же Анатолий отбрасывает копьё в сторону, в зажёгшуюся сбоку руну, да прыгает вперёд, чтобы просто перехватить клюку рукой.
Но его ладонь хватает воздух — Орчеслав на мгновение раньше бросает клюку в сторону, как раз в созданную Лешковым волшбу.
Поэтому эльф просто замирает от растерянности. Он выставляет ладонь, ловя возвращающееся к нему копьё, но в его же ещё не потухший вихрь влетает и чужая клюка… чтобы тут же отскочить к Анатолию! Тот не успевает среагировать, и трость смачно трещит об его лоб.
А тут ещё и Орчеслав Добрынич мощно шагнул вперёд, впечатывая плечо в грудь противнику. Старик трезво оценивал свои возможности и вложил в толчок вес всего тела, поэтому Анатолий улетел сразу на несколько метров.
Клюка же, даже не успев упасть, легла ровно в зелёную сухую ладонь.
Мы так и смотрели, открыв рот… Всё произошло за доли секунды, и многие толком даже не успели понять, что произошло.
Я лишь хмыкнул. Это что, такое волшебное айкидо, что ли? «Используй волшбу противника против него же самого!»
А мастер Орчеслав тут же превратился обратно в согбенного старичка, который, покряхтывая и опираясь на трость, проследовал обратно к пеньку.
— Сядь, — сказал мастер Ухояр вскочившему Лешкову, и тот, дуясь на самого себя, проследовал к своему месту.
Орчеслав Добрынич пожевал сухие губы, смазал языком ветхие клыки, раздумывая, что бы нам сказать.
— Кто победил этого остолопа? — спросил он, — Я или его же волшба?
Мы все переглянулись.
— Вы с помощью его же волшбы, — подал голос Денис, но тут же йокнул, — За что⁈
Как Орчеслав дотянулся так далеко, придерживая трость за самый кончик двумя пальцами, мы даже и не понял. Но трость снова оказалась в его пальцах, и мастер крякнул:
— Эх, сорвалась рука… Привычка, — он поморщился, — Да, ты прав, человек. А ты, орф, значит, считаешь, что для волшбы уже достаточно крепкий? — он вдруг вспомнил обо мне.
Глава 17 Первым делом бревна
По просьбе Орчеслава я подошёл. Они вместе с мастером Ухояром взяли и попросту стали тискать мои мышцы, обсуждая это между собой.
— Мышцы-то у тебя орочьи, — цыкнул Добрынич, сжав моё предплечье и прощупывая мослы на запястье, — А кость эльфийская, тонкая.
Мастер Ухояр в свою очередь взял мою ладонь, развернул нежной тыльной частью и попросту понюхал.
— И кровь орочья, у него, да. Но мозги же…
— Эльфийские? — вырвалось у меня.