— Служите императору?

Слишком затяжная пауза, он пытается сформулировать получше.

— Следим, чтобы вокруг него не распространялась грязь. Чистим от неё вены государства, ведь она может вызвать заразу и осквернить даже самую чистую кровь. Затуманить своей скверной даже самый великий разум.

Чистота, чистая… Грязь, скверна… Я зацепился за эти слова, с таким чувством незнакомец произносил их, и понял, что в них для него кроется особый смысл.

— И что же требуется от меня?

Снова послышался смешок.

— Пока что от тебя требуется подумать, господин Грецкий. Если, конечно, твоя тётушка не убьёт тебя раньше.

Я таращил вбок глаза, когда собеседник выпрямился, и колыхнулся серый плащ с капюшоном. Лица в полумраке увидеть я не успел, но зато отметил бледные тонкие пальцы. «Не орк и не орф, никакой орочьей зелени», — сразу же отметил мой воспалённый от неподвижности разум, — «Или эльф, или эльчек, или человек… Ну или гном-переросток, страдающий дистрофией».

Незнакомец на несколько секунд затих посреди помещения, потом зачем-то пошаркал ногами. Проскрипела дверь, он вышел, и в помещении стало тихо. Остались лишь я, моё сдавленное дыхание и запах затхлости.

Этот собеседник точно знал, сколько действует та дрянь, которой меня усыпили. Потому что ватное тело вдруг взорвалось искрами боли — закололо сразу все клеточки, когда онемевшие мышцы стали оживать, и у меня аж перехватило дыхание.

Спина, рёбра, нос… всё болело и стреляло. Я наконец-то двинул руками и потрогал себя… своё опухшее и измазанное в вонючей крови лицо. Больно-то как! Я поморщился, вдруг сообразив, что у меня пальцы сломаны.

Внезапно в памяти всплыл старинный анекдот: «Доктор, у меня всё болит. Тут трогаю, там трогаю, всё болит… Да у вас палец сломан!» Это вызвало у меня нервный смешок, но я тут же скривился, когда в глазах снова потемнело от боли в рёбрах.

* * *

Меня постепенно отпустило от того снотворного, которым меня усыпили. И самое странное, я не мог точно сказать, сколько приходил в себя… Может, минуту, а может, и целый час. Был у дряни ещё один побочный эффект — разговор с незнакомцем вдруг стал мне казаться всего лишь сном.

А может, это и вправду был сон?

Может, меня, раненого, притащили в княжескую избу… грязную, правда… Притащили, чтобы исцелить? Но что-то Аристарх Авдотьевич, кажется, в этот раз схалтурил.

В прошлый раз в карете он так подлатал меня, я как огурчик был, а теперь что? Наверное, после произошедшего на рынке у него работы и так невпроворот, вот я и лежу здесь, жду очереди. Там и самому барону, наверное, досталось.