В армии ситуация получше, но в общем-то схожая. Насыщенность оружием чрезвычайно велика, а с патронами и снарядами имеются проблемы, связанные в первую очередь с логистикой. На складах боеприпасы имеются, хотя и в не поражающих воображение количество, да и заводы перешли на трёхсменный график работы, так что настоящий снарядный голод нам в общем-то не грозит. Но…

… мудрецы из Фольксраада, отодвинув в своё время от армейских контрактов Бляйшмана и «Африканскую транспортную компанию», по сути, выстрелили в спину армии ЮАС. Предатели они, жадные до денег недоумки или прекраснодушные идеалисты, ошибшиеся в расчётах, не суть важно, результат — вон… трупы.

Сниман, как мог, исправил ситуацию, но ломать — не строить, так что… Зато снабжение Армии в руках добрых христиан!

Без шуток… это был один из важнейших аргументов при отставке Бляйшмана от должности главного интенданта, а «Африканской транспортной компании» — от армейских контрактов. Самое же интересное, что с началом военных действий и вскрывшимися логистическими проблемами, риторика изменилась мало.

Добрым христианам полагается больше молиться и радоваться, что логистика — в надёжных руках истинно верующих людей, настоящих буров с длинной родословной, вросшими корнями в африканский континент не позднее восемнадцатого века. А самое грустное, что для многих это — действительно аргумент…

Признавая определённые огрехи за новыми поставщиками (по чудесному совпадению — сплошь близкими родственниками радетелей из Фольксраада), добрые христиане поминают проблемы с иудеями, и то, сколько среди них было британских агентов. Аргументация оппонентов, что иудеи из Российской Империи имели (и имеют!) другие интересы и уже доказали свою лояльность ЮАС, отметается как несущественная. Дескать, это до поры… а в решающий момент ка-ак нанесут предательский удар в спину!

Подлые жиды, меж тем, воюют вполне лихо. Единственное, из-за жидоедских наклонностей немалой части бурского общества, они не так чтобы рвутся добровольцами в окопы. Русские, собственно, тоже…

В Африке, где делить нам оказалось ну совершенно нечего, былая неприязнь быстро ушла, а некая культурная общность осталась. Полагаю, пошло это от меня с дядей Фимой и одесской публики вообще, а приезжающие воспринимали это за норму.

Взаимопроникновение культур не то чтобы яркое и мощное, но именно что в сфере военных действий у наших народов оказался схожий менталитет. По крайней мере, в Африке.

Ашкеназы, будучи почти стопроцентно грамотными и имея (как правило) хоть сколько-нибудь приличное образование, весьма охотно записываются добровольцами, но не в армию «вообще», а преимущественно в технические войска. Без шуток, конкурс на телеграфистов и телефонистов — десятки человек на место!