На моём лице лихорадочный румянец, глаза горят огнём…

… вызванным медикаментозными средствами. Именно так должен выглядеть сумасшедший учёный… Ну или учёный, пребывающий в здравом уме, но стоящий на пороге грандиозного открытия! Ведь синематограф не врёт, так ведь?

— Господа! — повторяю ещё раз несколько невпопад, — Прошу простить за некоторые… э-э, накладки… Да, накладки!

— Такая трагедия, такая трагедия… — я перескакиваю на тему, и не сразу проясняю, что имею в виду смерть профессора Филиппова[ii], — И документы похитили, подлецы!

— Ничего, ничего… — я снова бросаюсь к аппарату, и сверяясь с записями, переключаю несколько рычагов, — Хорошо, что мы с ним переписку вели!

… а вот здесь я ничуточку не вру!

— … часть записей удалось расшифровать, и… боюсь, по сравнению с творением профессора это жалкий эрзац!

— Впрочем… — я тру подбородок, — что уж там! Создать нечто работающее по обрывкам… да какое там по обрывкам — по намёкам, которые можно доверить письму, нечто работающее… Но дорого! Ладно, это пока… серия экспериментов и…

Я задумываюсь.

— … месяца через два-три, если не помешает эта чортова война.

— Не чертыхайтесь, Георг! — с суровым видом прервал меня Бота, только сейчас нащупавший твёрдую почву под ногами, — И скажите наконец, что же это за… механизм?

— А! Да, простите… сейчас увидите! Ещё пару минут на подготовку и… А впрочем, скажите сразу — крестиком или чертой?

— Простите? — осторожно осведомился президент ЮАС, — Мы сюда прилетели под ваше честное слово, а вы…

— Просто скажите, господин президент! — прерываю его. Бота, оглянувшись на сопровождающих его промышленников, снова повернулся ко мне, и сказал, как выплюнул:

— Линией!

— Замечательно! — я вновь полез в недра механизма, и там загудело, заскрежетало…

… а потом механизм поднял тонкий хобот и выплюнул в сторону гор пучок света, хорошо видимый в предрассветных сумерках. Несколько томительных секунд ожидания…

… и скалы потекли. Линией. А потом, по просьбе недоверчивых промышленников, ещё раз, но уже на другом склоне — крестиком. И снова…

— Извините, господа! — я решительно прервал развлечение, — Каждый выстрел обходится примерно в тысячу фунтов.

— Мы готовы компенсировать вам издержки, — любезно предложил Де Гроот.

— Простите, господа… — качаю головой, — это вопрос не только финансов, но и редкости некоторых составляющих.

— Так… — Луис Бота вспомнил, что он президент, и решительно выступил вперёд, — Я так понимаю, вы хотите предложить армии Южно-Африканского Союза своё изобретение?

А в голосе, вот ей-ей — предвкушающие нотки человека, который сейчас вот получил возможность отыграться за всё…