Кованые ворота, украшенные вензелями, оказались приоткрыты. Не гостеприимно распахнуты, а именно брошены. Одна створка висела криво, словно её протаранили. Механизм электропривода был выворочен.

— Въезжай, — бросила она.

— Мэм, это частная собственность… Там могут стрелять,

Гэри колебался, нога зависла над педалью тормоза.

— Там не будут стрелять, Гэри. Там уже некому стрелять. Жми на газ!

Тойота протиснулась в проём, едва не задев зеркалом каменный столб. Дубовая аллея, о которой с таким пафосом рассказывал Маркус, действительно существовала. Древние дубы смыкали кроны над головой, создавая величественный коридор. Но сейчас эта аллея напоминала не парадный подъезд к обители власти, а место после побоища или панического бегства.

По краям гравийной подъездной дорожки, уткнувшись носами в кусты или стволы деревьев, стояли брошенные машины. И это были не «Тойоты». Серебристый «Мерседес S-класса» с распахнутой настежь водительской дверью. Чёрный «Лэнд Ровер», у которого работали «аварийки», ритмично озаряя лес жёлтыми вспышками.

На белом гравии валялись вещи. Раскрытый чемодан «Louis Vuitton», из которого вывалились шёлковые рубашки, втоптанные теперь в грязь. Кожаный портфель, из которого ветер разносил бумаги. Разбитая бутылка коллекционного коньяка, чьё содержимое смешалось с пылью.

— Господи… — прошептал Гэри, объезжая брошенный спорткар «Порше», перегородивший полдороги. — Куда они все делись?

Впереди показался особняк. Величественное здание с белыми колоннами и широкой лестницей. Дом сиял огнями, но это сияние было хаотичным, истеричным. Работали автономные дизель-генераторы. Их гул был слышен даже сквозь закрытые окна машины. В окнах метались тени. На лужайке перед домом валялись какие-то коробки, картины в золочёных рамах, шубы.

Ощущение было сюрреалистичным. Словно «Титаник» тонул не в океане, а посреди мэрилендского леса.

Гэри остановил машину в стороне от основного входа, возле фонтана, который почему-то продолжал работать, выбрасывая струи воды в отравленный воздух.

— Что здесь происходит? — прошептал он, глядя на двух мужчин в дорогих костюмах, которые бежали от дома к гаражам, таща тяжёлые металлические кейсы. Они спотыкались, орали друг на друга, полностью утратив человеческий облик.

— Эвакуация, — холодно констатировала Тереза, расстёгивая ремень безопасности. — Тех, кто был в курсе. Тех, кого предупредили заранее. Но, похоже, что-то пошло не так.

Горечь, едкая, как желчь, подступила к горлу. Маркус предупредил её. Да. Но лишь в самый последний момент. Лишь для того, чтобы использовать её талант манипулятора до конца. «Второй акт». Актом оказался конец света, а она была всего лишь реквизитом, который забыли убрать со сцены.