Константин сбавил скорость, давая возможность и себе, и Владе вглядываться в лица идущих детей.

Тем временем точка на карте замерла.

— Костя, он остановился! Да где же он? — Влада, нервничая всё сильнее, с отчаянием посмотрела на него. Почти уже срываясь в панику, спросила: — Он же не у этого урода, ведь нет же?

— Снова движется, — прокомментировал Костя, уходя от ответа на её вопрос, — и по-прежнему нам навстречу.

Его голос звучал спокойно, хотя внутри бушевал шторм, хотелось всё крушить в бессильной злости на конкурента, у которого не было ничего святого. Мысленно Орчанский психовал и крыл последними словами именно Козлова, был уверен, что пропажа Славика — это его рук дело.

— Ну где же ты, сынок? — в голосе Влады всё отчетливее звучала паника. — Ну как же так, Слава? Ну сколько же раз мы с тобой говорили о том, что нельзя одному… И я, и папа, и Натэлла, мы же тебе столько раз объясняли, почему нельзя…

А Костя всматривался в движущуюся по экрану точку и понимал — сын движется слишком быстро. Значит, он идет не пешком, а на чем-то едет.

И вряд ли на велосипеде или самокате. С выпавшим снегом с улиц города убрали эти средства передвижения (читай “самоубийства”) для отчаянных. Однако делиться своими выводами с Владой он не спешил — понимал, слышал, что она и так в панике.

Матерился мысленно, обращаясь исключительно к их главному конкуренту: “Козлов, мать твою! Да я ж тебя, урод, собственноручно придушу, а потом прикопаю где-нибудь в лесочке! И ни один бульдог из твоей охраны тебе не поможет!”

Точка на экране вновь замерла. Влада этого не видела, всё её внимание было приковано к детям за окном.

“Да что за ерунда? — удивился Орчанский. — Какого ляда ты так часто останавливаешься?? Пробок же нет! Да и на светофорах зеленая волна!”

И тут внимание Кости привлек показавшийся впереди автобус. Обычный городской. Он двигался им навстречу.

“Точно! Автобус! — осенила его внезапная догадка. — А вот эти остановки — это же остановки по ходу его движения!”

— Влада, он в автобусе! — выпалил, не спуская глаз с городского транспорта. — Вот в этом! — ткнул пальцем в лобовое стекло.

Она, боясь поверить в эту версию, недоверчиво посмотрела на точку на экране своего телефона, потом перевела взгляд на автобус, сопоставив их движение.

Сердце в груди стучало, отбивая бешеный ритм. Автобус остановился на очередной остановке — точка на экране вновь замерла.

Автомобиль, управляемый Константином, медленно проехал мимо автобуса. Влада прильнула к бывшему мужу, всматриваясь через стекло в его дверце в окна стоящего на остановке автобуса.