ты же сама знаешь, что я прав, — проговорил уже чуть мягче. — Я целиком и полностью сейчас на твоей стороне и разделяю твое негодование, но давай не в автобусе мы будем воспитывать нашего сына. Окей? Следующая остановка приближалась, Влада сжимала кулаки и тяжело дышала. Да, муж был прав, они должны обсудить это с сыном дома. Она сдалась: — Да, ты прав. Обещаю, в автобусе не буду устраивать цирк. Костя притормозил на остановке, Влада выскочила из машины и рванула в общественный транспорт, к сыну, а он сам остался в машине. Звонок от Натэллы раздался в тот момент, когда автобус, в котором были Влада и Славик, тронулся. Он обругал себя за то, что её-то они не успокоили. Ответил на вызов, выпалил сразу: — Ба, мы нашли нашего беглеца. Отбой тревоги! На автобусе едет. Влада сейчас там с ним, а я плетусь сзади. Натэлла заковыристо выругалась, что интересно, без мата. Умела она это делать. С чувством, с толком, с расстановкой. Но на то она и профессор, верно? Потом выдохнула и припечатала: — Жду вас всех троих у себя дома! И чтоб до приезда ко мне ничего не говорили парню! Слышишь меня? — Костя, услышав эти слова своей бабки, невольно улыбнулся — он сам буквально несколько минут назад почти слово в слово проговорил это Владе, а Натэлла тем временем добавила ворчливо: — А то знаю я вас, сейчас насядете на мальчишку с двух сторон со своими нравоучениями! — Хорошо, ба. Приедем, не скажем. Тебя забрать от школы? — Не надо! Я на машине. Да, на этой же остановке Влада с сыном выйти не успели. Проехали в автобусе до следующей, Константин тащился за автобусом и улыбался. Камень с души упал. Конкурент был не причем. Просто сын всего лишь захотел покататься на общественном транспорте…

Константин перевел взгляд на телефон в руке жены. Влада, увеличив карту, прочитала название улицы, проговорила удивленно: — Костя, он движется нам навстречу. Прошу тебя, набери Славика! Костя скомандовал голосом, бросив коротко: — Сын! По салону автомобиля поплыл звук набора номера, а потом механический голос холодно сообщил: — Номер абонента выключен или находится вне зоны действия сети. — Слава, ну как же так! Ну почему опять? Ну мы же столько раз говорили с тобой об этом! — выговорила в отчаянии Влада, глядя в окно, надеясь увидеть сына. Она с надеждой оглядывала людей, идущих по тротуарам, вдоль которых они ехали, выискивая с упорством и отчаянием среди них сына. Шли другие дети — кто-то, возраста их сына, шел в сопровождении взрослого, кто-то постарше — один. Шли группами по три-четыре человека, пихались, о чем-то увлеченно болтали, беззаботно смеялись, но Славика среди них не было. Константин сбавил скорость, давая возможность и себе, и Владе вглядываться в лица идущих детей. Тем временем точка на карте замерла. — Костя, он остановился! Да где же он? — Влада, нервничая всё сильнее, с отчаянием посмотрела на него. Почти уже срываясь в панику, спросила: — Он же не у этого урода, ведь нет же? — Снова движется, — прокомментировал Костя, уходя от ответа на её вопрос, — и по-прежнему нам навстречу. Его голос звучал спокойно, хотя внутри бушевал шторм, хотелось всё крушить в бессильной злости на конкурента, у которого не было ничего святого. Мысленно Орчанский психовал и крыл последними словами именно Козлова, был уверен, что пропажа Славика — это его рук дело. — Ну где же ты, сынок? — в голосе Влады всё отчетливее звучала паника. — Ну как же так, Слава? Ну сколько же раз мы с тобой говорили о том, что нельзя одному… И я, и папа, и Натэлла, мы же тебе столько раз объясняли, почему нельзя… А Костя всматривался в движущуюся по экрану точку и понимал — сын движется слишком быстро. Значит, он идет не пешком, а на чем-то едет. И вряд ли на велосипеде или самокате. С выпавшим снегом с улиц города убрали эти средства передвижения (читай “самоубийства”) для отчаянных. Однако делиться своими выводами с Владой он не спешил — понимал, слышал, что она и так в панике. Матерился мысленно, обращаясь исключительно к их главному конкуренту: “Козлов, мать твою! Да я ж тебя, урод, собственноручно придушу, а потом прикопаю где-нибудь в лесочке! И ни один бульдог из твоей охраны тебе не поможет!” Точка на экране вновь замерла. Влада этого не видела, всё её внимание было приковано