Эмиль был ослепительным светом, на который было больно смотреть. К счастью, это проявлялось только при попытке сосредоточиться на нём.
В общем, изучение моих спутников в пси-восприятии было довольно занимательным делом (с Гримуаром я даже не мог понять, чувствую что-то, или мне кажется), за которым мы прибыли к выходу быстро и незаметно. Я нёс «Сердце», так что выходил последним, ибо с выносом Сердца из данжи оная исчезает, и —
По моему пси-восприятию резануло чувство не меньше чем дюжины разумов вокруг. И «духовность» вторила, передавая ощущение некоей странной жути и угрозы.
…*ля. Приехали.
— Приехали, последняя станция, как говорил один знакомый мне призванный Герой — с улыбкой произнесла девушка, и хотя ей было далеко до того впечатления, что произвела на меня Саринге, однако ситуация была как минимум не менее скверная.
Как только я, выбравшись из данжи, ощутил, что мы окружены, я… ну ладно, не «как только», а секунду спустя, оправившись от неожиданности. В любом случае, я немедленно мысленно передал Гримуару, в отличие от меня не засёкшему эту угрозу (всё же у него пси-способности это скорее побочка), просьбу сообщить о ситуации остальным членам команды, самому или через Эмиля.
К сожалению, реакция у кого-то из нас, видимо, оказалась слишком сильной. Хотя, возможно, они изначально и не планировали быть скрытными… В любом случае, из-за деревьев выступили дюжина орков — на удивление слаженно и синхронно, я бы даже сказал, неестественно синхронно — а напротив образованного ими полукольца появилась девушка, не старше двадцати на вид… в чёрных чулках, перчатках по локоть, чёрных же сапожках, и… это что, купальный костюм?.. Чёрный.
На бёдрах — короткий меч и кинжал.
Обнажённые участки кожи девицы были неестественно белыми, только губы — ярко-алые, из-за чего сразу бросались в глаза.
И, разумеется, именно она была источником жути, давившей на мою «духовность».
Специфично у меня складывается с девушками.
Пока она говорила, я практически ощущал, как утекают последние секунды перед боем — очень вероятно, что тоже последним. Будь Добрыня девушкой, или Шаари настоящей героиней, у нас были бы неплохие шансы, но как оно есть — шаблоны против нас, а они вполне себе фактор, насколько я понимаю. Ну и мои чувства очень недвусмысленно намекают об уровне угрозы… вернее, чувствО. В психическом восприятии девушка оставалась невидимой… боюсь, я знаю, с кем мы столкнулись. Вернее, представляю.
— Странно видеть такую красавицу возглавляющей орков — заметил Тодд. То ли он бесстрашный, то ли не осознаёт угрозу, то ли тянет время… И, кстати, «красавицу»?..