Император коротко кивнул и велел продолжать церемонию.
Хэ Чжэньго произнёс положенную формулу и подал церемониальный молоток. Лян взял резец, установил его над отмеченной точкой и неожиданно протянул рукоять отцу.
— Отец задаёт путь, а сын продолжает его.
Василий принял молоток обеими руками, как требовал этикет. Я проверил положение камня, Лян поправил резец на едва заметную долю градуса. Их пальцы встретились у рукояти, но ни один не стал доказывать, что видел ошибку первым.
Василий нанёс короткий удар.
Алмаз отозвался чистым звуком. По намеченной линии прошла тонкая светлая нить и остановилась точно у края естественной трещины.
Я успел посмотреть на наследника — тот стоял неподвижно. Императрица не сводила глаз с мужа. Государь смотрел только на камень.
Никакого выброса силы не произошло. Никто не упал, не схватился за сердце и не загорелся. Для дворцовой церемонии, которую пытались превратить в убийство, результат можно было считать превосходным.
Лян осмотрел линию под лупой и объявил удар верным.
Император поднялся.
— Первый путь проложен, — перевёл Сюй. — Церемония разделения начата успешно. Дом Фаберже и Императорские мастерские продолжат работу после утверждения замыслов трёх реликвий.
Все поклонились и принялись расходиться в строго регламентированном порядке.
Что ж, закончилось всё неплохо, хотя изрядно вымотало нам нервы. Алмаз остался цел, императорская семья — жива, а чья-то тщательно подготовленная кем-то шалость не удалась.
И всё же напряжение никуда не исчезло. Оно просто стало частью церемониала.
Когда императорская семья начала покидать зал, я коснулся спрятанной под манжетой записки.
Теперь предупреждение следовало передать тому, чью жизнь, возможно, и правда пытались оборвать. Не Хэ Чжэньго, не управителю сокровищницы и не очередному почтенному сановнику. Наследник сам должен был решить, кому доверять во дворце.
Я сделал шаг в его сторону, но передо мной сразу же оказался церемониймейстер.
— Мастер Фаберже должен оставаться у стола до окончания выхода государя, — сказал он на ломаном русском.
— Мне нужно передать наследному принцу важное сообщение.
— Сообщение передают через управление церемоний.
— Оно предназначено лично ему.
Хэ Чжэньго посмотрел на меня так, словно я предложил наследнику встретиться в трактире.
— Личная просьба также передаётся через управление церемоний.
Принц находился шагах в десяти от меня. Между нами уже выстроились гвардейцы и придворные. Он повернул голову, будто почувствовал мой взгляд, но в этот момент император что-то сказал ему. Наследник ответил и поспешил за родителями.