— Почему вы не заявили об опасности раньше? — спросил он.
— Я увидел сам камень только сейчас, Ваше Императорское Величество. Карты показывали старый артефактный канал, но не позволяли определить его природу.
— Старший мастер видел те же карты.
— И просил дополнительное время на исследование, — сказал я, а затем обратился к самому Сыну Неба. — Которого, увы, ему не предоставили. Я ни в коем случае не желаю показаться грубым, ваше императорское величество. Но как мастер, должен в первую очередь позаботиться о вашей безопасности и безопасности членов вашей семьи.
Сюй перевёл мои слова, и взгляд государя переместился на Ляна.
Старший мастер выступил вперёд и заговорил. Его голос оставался спокойным, но теперь он не прятал раздражения. Сюй переводил вполголоса:
— Лян Цзянь подтверждает, что предупреждал управление дворцовых работ. Он готов исполнить волю государя, однако не считает правильным начинать разделение без проверки.
Чиновник в пурпурном халате что-то возразил. К нему присоединились управители сокровищницы. Судя по интонациям, они полагали, что два мастера затеяли спор из профессиональной гордости.
Цяо всё это время молчал. Старший мастер продолжил, не обращая на меня внимания:
— Если двор заставит мастера торопиться, а алмаз будет испорчен, позор ошибки ляжет на Императорские мастерские. Лян Цзянь не позволит случиться этому позору.
В зале стало тихо.
Это был сильный ход, должен отметить. Лян не спорил с государем, не обвинял чиновников и даже не защищал иностранца. Он защищал имя мастерской, которой служил всю жизнь.
Император посмотрел на жёлтый камень.
— У вас десять минут. Если обнаружите опасность, покажите её. Если нет, церемония продолжится без новых задержек.
Не сговариваясь, все мы поклонились.
— Благодарю, государь.
Лян передал мне алмаз обеими руками. Я положил его на подушку из плотной кожи и открыл чемодан.
Отец уже доставал инструменты. Он поставил по краям стола две серебряные стойки и натянул между ними тончайшую нить. Я закрепил на ней три чувствительных кольца. Простое устройство показывало изменение потока при движении камня через рамку.
— Обычная проверка? — спросил Василий.
— Сначала техническая.
Мы провели алмаз между кольцами. Первое осталось неподвижным. Второе дрогнуло возле старого канала. Третье качнулось в противоположную сторону.
— Два потока, — сказал отец.
— Или один раздвоенный.
Лян поставил рядом собственный прибор — небольшую бронзовую пластину с пятью иглами. Когда алмаз оказался над ней, четыре иглы остались на месте, а пятая медленно повернулась к мутной полосе.