Церемониймейстер не ответил. Он повернулся и повёл нас по широкой лестнице.
Двери Зала Пяти Начал открылись.
Внутри уже ждала вся императорская семья.
Зал оказался круглым. Пять массивных колонн поддерживали высокий купол, в центре которого золотом был выложен знак, похожий на вращающееся колесо. Между колоннами стояли придворные, чиновники и мастера. Император сидел на возвышении, справа от него находилась императрица, слева — наследный принц.
Я помнил наследника. Высокий, худощавый, с правильными чертами лица и внимательным взглядом. На нём был тёмный халат с вышитыми облаками. Он не улыбался, но, когда мы вошли, посмотрел прямо на меня и едва заметно кивнул.
В центре зала стоял длинный стол из чёрного дерева. На нём под прозрачными колпаками лежали пять материалов: жёлтый алмаз, рубин, сапфир, изумруд и брусок хуанхуали. Рядом были разложены инструменты из Императорской мастерской.
Старший мастер Лян стоял у стола. Его заместитель Цяо находился на шаг позади.
Мы поклонились. Хэ Чжэньго объявил наши имена и цель церемонии. Затем один из чиновников начал читать длинный текст о пяти началах, трёх членах императорской семьи и мастерах, которым оказана высокая честь.
Я почти не слушал. Алмаз находился в трёх шагах от меня.
Камень был крупным, неправильной овальной формы, с жёлтым оттенком. Его ещё не гранили. Внутри виднелись две тонкие линии, отмеченные на карте. Между ними проходила мутноватая полоса, которую легко было принять за естественное включение.
Чиновник закончил. Лян снял колпак и взял церемониальный резец. По обычаю старший мастер должен был передать его тому, кому поручен первый удар.
Он протянул инструмент мне… Но я его не взял.
По залу прошёл едва слышный ропот. Хэ Чжэньго шагнул ближе.
— Мастер Фаберже, примите резец.
— Сначала я должен исследовать алмаз, — намеренно громко заявил я.
Сюй перевёл. Несколько придворных повернули головы друг к другу. Человек в пурпурном халате что-то недовольно пробормотал.
— Управитель сокровищницы сообщает, что материал проверен и признан безопасным, — передал Сюй.
— Его проверяли на сохранность при хранении. Я собираюсь расколоть его на три части. Это другая задача.
Управитель ответил резче.
— Он говорит, церемония утверждена государем и не может зависеть от сомнений иностранца.
— Алмаз тоже не зависит от утверждённой церемонии. Если линия напряжения уйдёт в сторону, он разрушится, и мы потеряем ценнейший материал.
Сюй перевёл мою фразу более осторожно. По крайней мере, я надеялся, что более осторожно.
Император поднял руку, и зал замолчал.