— Достаточно, чтобы наш эмальер перестал отвечать на мои приветствия и попросил внеплановый отпуск…
Я рассмеялся. Мы ещё поговорили об отделке и о том, как выставочное стекло меняет восприятие цвета.
Уходя, я ещё раз оглянулся на ирисы. Захотелось взять тонкую пластинку металла и попробовать добиться такого же мягкого края.
У стенда Шопар ещё возились с освещением. Человек в сером рабочем халате стоял на колене возле основания, глядя на маленький уровень. Он дождался, пока помощник повернёт регулировочный винт, проверил результат и только тогда поднялся нам навстречу.
— Мартин Келлер, — представился он. — Рад знакомству, господа. Наши коллеги много рассказывали о петербургском конкурсе.
— Мы тоже запомнили ваши работы, — ответил отец.
Я вспомнил их дорожный кейс для старых драгоценностей. На этот раз Шопар привёз куда более зрелищную вещь.
Под прозрачным колпаком лежал небольшой город.
Не копия всего Парижа или другого узнаваемого места. Несколько улиц, площадь, мост через узкую реку. Дома разной высоты теснились возле часовой башни, в открытом дворе стояли бочки, под навесом серебрились корзины. Возле пекарни крошечный человек держал лопату с буханками хлеба.
На подставке значилось: «Город в полдень».
Келлер проследил за моим взглядом.
— Полную программу сегодня не запускаем. Но начало можете посмотреть, если есть несколько минут.
Дядя Костя, до того слушавший молча, немедленно заверил его, что несколько минут у нас имеется.
Мастер открыл небольшую дверцу в основании, проверил положение рычага и запустил механизм.
Стрелка на башне приблизилась к двенадцати. Послышался чистый, негромкий звон. Под аркой шевельнулась тень; из ворот выехала тележка с молочными бидонами. Колёса чуть подпрыгнули на брусчатке. С другого конца улицы пошла женщина с корзиной, остановилась у лавки и повернула голову к хозяину.
Пекарь вынул хлеб. Возле моста мальчишка бросил что-то в реку, и по поверхности прошли круги.
Я улыбнулся: мальчишка замахнулся всем телом, словно непременно хотел добросить до другого берега.
Отец смотрел на тележку.
— Она остановится перед женщиной?
— Сейчас увидите.
Женщина отошла от прилавка как раз в тот момент, когда тележка приблизилась к повороту. Возница придержал лошадь. Только после того, как дорога освободилась, колёса снова завертелись.
— Раздельные приводы, — негромко сказал Василий. — Иначе пришлось бы тянуть связь через всю площадь.
Келлер внимательно посмотрел на него.
— Да. Поначалу пытались обойтись одним. Но нам не понравилось, как двигались фигуры.
— Из-за накопленной задержки? — догадался я.