Мы летели в Париж.
Глава 10
Полёт прошёл без происшествий. Едва мы прошли таможенный контроль и направились к встречающим, я набрал Аллу. Она ответила почти сразу.
— Уже прилетели? Всё нормально?
— Да, в порядке. Сейчас садимся в машину и едем в город. Вечером позвоню из гостиницы.
— Покажи мне потом хоть что-нибудь, — попросила она. — Никогда не была на такой выставке, мне всё интересно. Любые фотографии!
— Обязательно, — улыбнулся я.
Она ещё раз пожелала удачи и отключилась.
Наш багаж тем временем уже загрузили, мы устроились в комфортном микроавтобусе с истинно французским названием, где букв было гораздо больше, чем звуков. Автомобиль тронулся.
За стеклом тянулись ограждения аэропорта, их сменяли новые кварталы и промышленные зоны. Так выглядит окраина любого города на всех континентах, разве что дорожные знаки немного отличались от наших.
Понемногу между современными зданиями начали появляться дома постарше — светлый камень, высокие окна и тёмные узоры балконных решёток. Взгляд сам выхватывал знакомое: изгиб карниза, рисунок ограды, пропорции дверного проёма.
Я помнил этот город совсем другим. В памяти было больше лошадей, дыма и тесных экипажей, в которых приходилось беречь колени. Теперь мимо бесшумно проскальзывали автомобили, люди у кафе смотрели в телефоны, а за старой каменной аркой светилась огромная электронная вывеска.
Машина остановилась на перекрёстке. На углу стоял дом с узким балконом. Вдоль перил шли листья, выкованные так живо, что мне захотелось рассмотреть их ближе. Мастер понимал, как растёт ветка, прежде чем браться за металл.
— Хорошая работа, — сказал отец.
Я повернулся. Он смотрел на ту же решётку.
— Да. С виду простая, а попробуй повтори.
Василий кивнул. Машина тронулась, и балкон скрылся за углом.
Дядя Костя закончил разговор по телефону и убрал в карман небольшой блокнот.
— Нас ждут после полудня. Груз уже в особой зоне, помещение для осмотра подготовили. В гостинице оставим вещи и пообедаем. Нечего решать дела на пустой желудок.
В этом я был солидарен с Константином Филипповичем. Впрочем, наверняка он хотел не упустить возможности отведать очередной кулинарный шедевр.
Меня, впрочем, французская кузня оставила равнодушной. Были, разумеется, в ней свои прелести, но из всего её многообразия я оценил сыры и вина. Никакой деликатес из гусиной печени не мог заменить любимую пожарскую котлету с картофельным пюре…
Оставив вещи в гостинице и пообедав, мы отправились к павильонам. Отец отмечал в программе интересующие его имена.
Картье, Бушерон, Шопар, Патек. Несколько Домов, с которыми мы встречались в Петербурге, и другие, знакомые мне пока лишь по работам и старым воспоминаниям. Список получался внушительным, и мне не терпелось их увидеть.