— На этой неделе успеем? — спросил я.
— Подать — успеем. Утверждение обещать заранее не стану.
Я кивнул. Мой новый ранг не заменял училищу разрешительных документов.
Когда Вера Константиновна наконец закрыла папку, чай в моей чашке совсем остыл.
— В следующий понедельник подготовительная группа сможет начать по общему расписанию, — сказала она. — Здесь и в Гильдии. Помещения я согласую. Здание училища будет готово принять студентов в конце августа.
Бельский проверил даты, Савин кивнул. Воронин попросил прислать ему список учеников заранее.
Мы поднялись из-за стола, но разойтись сразу не получилось. Егоров повёл Савина к шкафу с образцами. Пётр Константинович остался возле Холмского: им всё ещё не нравилось положение застёжки на обороте броши. Луцкий пристроился рядом и молча придерживал лист, пока Николай чертил.
Я остановился у них за спиной. Хотел показать, как можно освободить ещё немного места возле шарнира, но художник уже развернул эскиз, а Холмский подвинул ось.
— Вот так, — сказал Луцкий. — Теперь будет удобнее.
Я убрал ладонь со спинки стула и вышел в коридор.
Из учебной комнаты ещё долго доносились голоса и негромкий стук пинцета о край коробочки.
Глава 8
В кабинете сестры было тесно от привезённых вещей. На подоконнике лежали каталоги, у двери стоял ящик с упаковкой. Между листами расчётов поблёскивали ложки и кольца на подставках. Лена и Алла с трудом освободили для меня место.
— Вот это предложение от Овчинникова, — перечисляла сестра. — Серебро и мельхиор. Эти две серии можно получать регулярно, по остальным пока не обещают сроков…
Я взял мельхиоровую чайную ложку. Хорошо лежала в пальцах, узор на ручке был аккуратно доведён. Рядом лежала похожая, серебряная. Разница в весе ощущалась сразу, в рисунке — почти не замечалась.
— Оставишь обе?
Лена кивнула.
— Да, всё же разница в цене существенная. Не все могут позволить себе столовое серебро, а есть красивыми приборами хотят. Кто-то купит серебряную на подарок. Кто-то соберёт домой мельхиоровый набор…
Я вернул ложки на ткань.
Лена тут же переложила одну в простой узкий футляр. Внутри было светлое сукно, снаружи — плотная бумага приятного кремового цвета. Я провёл пальцем по краю крышки.
— Для одной ложки?
— Для одной тоже. Не все могут сразу купить шесть. А ещё принято дарить маленькие серебряные ложечки на рождение детей…
— А подарочные коробки? — спросила Алла.
— Обязательно, но по желанию покупателя.
Алла взяла футляр и закрыла его.
— Только пусть лента будет съёмной. Так аккуратнее, чем приклеенный бант.
Сестра записала. Я посмотрел на этикетки, образцы бумаги, карточки с правилами ухода. Обычно я вспоминал об этой работе, когда мне приносили готовую коробку с изделием. Лена уже успела разобраться и с ней.