Я вспомнил, сколько раз заказчики просили спрятать в дорогом изделии небольшой личный знак. Инициалы, любимый цветок, силуэт дома. Здесь желание было тем же, только воплотить его покупатель мог сам, выбрав несколько готовых изделий.
Я взял карандаш, но Алла сразу подвинула мне чистый лист.
— Здесь, пожалуйста. На этих я ещё хочу дорисовать.
— Справедливо.
Я положил поверх страницы кальку и перенёс контур розы. В большом рисунке каждый лепесток был отчётливо виден. Уменьшив цветок до размера будущей подвески, я показал его Алле.
— Вот теперь посмотри без увеличения.
Она склонилась ближе.
— Середина пропала…
— Слилась. Эти линии на металле почти не будут различаться. Если углубить их все, цветок станет тяжёлым на вид, а доводка съест половину стоимости.
— Но без них получится просто кружок!
Я убрал несколько внутренних линий и усилил три основных завитка. Внешние лепестки оставил чуть шире. Роза стала проще, но сохранила и поворот, и характер рисунка.
Алла долго смотрела, затем взяла второй карандаш.
— Можно вот этот лепесток оставить открытым? Он мне нравится.
Она обозначила небольшой отворот. Я прикинул толщину и кивнул.
— Можно. Только нельзя делать край острым. Это уже покажем на рабочем чертеже.
Лена записала что-то возле расчётов.
— Роза — после ромашки. С неё проще начать?
— Проще проверить, — ответил я. — Но сначала посчитаем обе. Я пока не могу посчитать цену по одному рисунку.
Ромашка требовала меньше пояснений. Для её середины я предложил небольшой цитрин: тёплый жёлтый цвет хорошо смотрелся бы среди серебряных лепестков с эмалью. Алла сразу придвинула к ней рисунок птицы, сравнивая будущие сочетания.
Я попросил её показать птицу сбоку. Такого рисунка ещё не было. Алла задумалась, затем повернула чистый лист и несколькими движениями обозначила грудку, спину и приподнятую голову.
— Примерно так?
— Да. Вид спереди у тебя уже есть. Теперь нужно понять, сколько места она займёт между соседними подвесками.
Я поставил два размера и нарисовал положение крепления. Алла подвинулась ближе, следя за карандашом. На её пальце потемнел грандидьерит, поймав тень от моей руки.
— А здесь она не будет выглядеть подвешенной за шею? — спросила девушка.
Я задержал карандаш. Хороший вопрос. В расчёте крепления я смотрел на нагрузку и почти не подумал о впечатлении.
— Тогда уберём ушко назад, за крыло. На чертеже посмотрим оба положения.
Алла кивнула и сама отметила второй вариант. Мне понравилось, что она не соглашалась только потому, что я лучше разбирался в металле.
— Только никакой россыпи бриллиантов по краям, — предупредила Лена. — У нас другая целевая аудитория!