— Позвоню, как приземлимся, — сказал я. — Потом вечером из гостиницы. Когда получим окончательное расписание показов, сразу перешлю тебе.
— Не забудь о трансляции!
Я улыбнулся.
— Договоримся о пробном звонке из павильона. Если понадобится помощь с камерой, попрошу организаторов.
Алла кивнула, но продолжала смотреть на наши руки.
— Саша, если что-нибудь изменится…
— Сообщу. Не стану ждать возвращения, чтобы потом рассказать, как всё благополучно разрешилось.
Она подняла глаза.
— Даже если решишь, что я буду напрасно волноваться?
Я помедлил. Мне очень хотелось пообещать ей только хорошие новости, но она уже знала цену таким обещаниям.
— Даже тогда. Если это касается нашей безопасности, ты узнаешь от меня.
Алла медленно провела большим пальцем по моим костяшкам.
— Я тоже буду рассказывать. Про коллекцию, квартиру… Лена вчера уже прислала мне вопросы от журналистов. Их оказалось гораздо больше, чем я ожидала.
— Что спрашивают?
— Когда можно будет купить книгу. И почему я не нарисовала кошку.
Я улыбнулся.
— Боюсь, одним альбомом теперь не обойдётся.
Она наконец улыбнулась в ответ, потом придвинулась и положила голову мне на плечо. Некоторое время мы просто молча сидели. Из коридора доносились шаги, где-то в доме закрыли дверь. В чашках остывал чай.
Когда пришло время, я повернулся к ней. Алла сама потянулась навстречу. Поцелуй вышел долгим; её пальцы сжали ткань моего пиджака, и отпускать её мне совсем не хотелось.
— Возвращайся, — тихо сказала она.
Я коснулся губами её лба.
— До скорого, Алла.
Она проводила меня до машины. Михаил Игнатьевич вышел вместе с нами, пожал мне руку и пожелал удачного показа. Я поблагодарил его, ещё раз посмотрел на Аллу и сел.
Пока машина разворачивалась, девушка оставалась на ступенях. Я видел её через заднее стекло, пока поворот не скрыл крыльцо.
В аэропорту нас ждал Дядя Костя. Отец уже приехал и разговаривал с ним возле выхода на посадку. Константин Филиппович убрал телефон, заметив меня.
— Всё закончили, Александр Васильевич?
— Всё, что собирался закончить до отъезда.
— Замечательно. Во Франции нам тоже скучать не придётся, в этом будьте уверены.
Он подхватил дорожную сумку, и мы прошли на посадку.
Когда самолёт оторвался от полосы, я посмотрел в иллюминатор. Город уходил вниз, распадаясь на кварталы, светлые полосы воды и тёмные островки начавших зеленеть парков.
Где-то там Алла уже вернулась в гостиную, Лена готовилась открыть магазин, а на Морской начинался обычный рабочий день.
Василий устроился рядом и достал программу выставки. Я откинулся на спинку кресла. На этот раз можно было спокойно смотреть вперёд.