— Я, кажется, вычислил одно из мест, где они собираются. Ну, их представители, точнее. Это в Польше. Может, попробуем послушать, а? Напрямую! Чем так гадать… — предложил Саша.
— Ну и чего молчал? — ответвил я. — Конечно, попробуем!
Олигарх лгал, глядя мне в глаза с дружелюбной улыбкой. Собственно говоря, он делал это так часто, что ложь было сложно отличить от его обычной манеры общения.
Но не в этот раз.
Потому что вчера я получил первые результаты из Швейцарии, от ребят, которым удалось создать настоящую сеть по добыче информации. Сначала — через студентов, детей российских чиновников, олигархов и бандитов. Потом выше, вплоть до политической элиты целого ряда стран. И это меньше, чем за год! Разведки многих стран могли бы позавидовать такой результативности. Вот что означает работа с чётко заданными целями и ориентирами, но без бюрократических проволочек.
Он рассказывал о том, что Ким и люди, стоящие за ней, хотели бы поговорить со мной, чтобы продолжить «взаимовыгодное сотрудничество» на новом уровне. И что они якобы очень опечалены самодеятельностью некоторых региональных структур, которых якобы уже «поставили на место».
Я улыбался в ответ и кивал, делая вид, что полностью заглотил наживку.
— В общем, она предлагает вам завтра встретиться, — сказал Борис Абрамович, откинувшись на спинку чёрного кожаного кресла. — Готова самолёт прислать. Я дам подтверждение.
— Хорошо, но я рейсовым, — кивнул я. — Зачем напрягать лишний раз?
— Ой, да она же не про это! — возразил олигарх, махнув рукой, но потом добавил: — хорошо. Тогда сам бронируй. Мне нужно будет время прилёта, пришли сектератрю.
— Конечно, — кивнул я.
— И ещё вопросик, — он вздохнул и положил руки на колени. — Я тут слышал про твою балканскую командировку. И вот что подумал, насчёт консалтингового бизнеса. Как оно там всё оформлено, а? Я не могу рисковать своими деньгами, вложенными в предприятие, из-за твоих выкрутасов. Чего вообще ты туда попёрся, а? Адреналина захотелось? Если так — то делай нормальную европейскую страховку на жизнь и здоровье. И готовь завещание.
— Что? — я изобразил удивление.
— Завещание, говорю, готовь. Я не хочу воевать за актив с твоими дальними родственниками, если с тобой вдруг чего случиться… — он сделал паузу, будто спохватившись, потом постучал по полированной столешнице стоявшего возле кресла журнального столика. — Тьфу-тьфу, конечно. Но ты сам так себя ведёшь!
— Моя доля, — сказал я, подчеркнув слово «моя», — оформлена на отца. Он по командировкам не ездит. Если со мной что-то случиться — он займёт моё место.