Едва это стало возможным, Саня схватил верхний край треугольника, после чего вытащил кусок стекла наружу. Аккуратно положил его на решётчатую площадку пожарной лестницы.

Я восхищённо хмыкнул, и только теперь заметил, что Саня порезал указательный палец. Недолго думая, он засунул порез в рот и сделал пару сосательных движений. Свободную руку же просунул в образовавшееся отверстие и провернул ручку.

Внутри я внимательно огляделся. Коридор с деревянными панелями на стенах и потёртым ковролином. На стенах — редкие бра, дающие приглушённый жёлтый свет. В каком-то номере, похоже, работал телевизор — слышался характерный для новостных каналов бубнёж. При этом —никаких камер, по крайней мере, видимых, тут не было. И вообще отсутствие сколь-нибудь значимой охраны в месте, где живут серьёзные люди, как-то напрягало. Разве что сам номер под особым контролем?

Я сделал знак Сане, чтобы остановился. Потом приблизился к нему, и зашептал едва слышно: «Осторожнее у номера. Могут быть сюрпризы».

В ответ Саня кивнул и пожал плечами — мол, очевидно.

И сюрприз действительно был: из-под порога двери интересующего нас номера пробивалась полоска света, а внутри слышались приглушённые голоса.

Мы очень осторожно подкрались к номеру. Я приблизил голову к двери — так близко, чтобы начать различать содержание разговора.

— … может, осенью. Но не в ближайшее время, это точно, — говорил кто-то на английском с сильным британским акцентом.

— Я не понимаю, что мешает это сделать раньше, — отвечал ему собеседник. Для него, похоже, английский бы не родной, хоть он и владел им на очень приличном уровне. Его акцент я определить не смог. Мягкое, чуть картавое произношение. Француз? Возможно, однако полной уверенности у меня не было.

— Таймлайн операции утверждён на высшем уровне, — раздражённо бросил британец.

— Да, но почему мы не должны адаптироваться к динамике ситуации?

— Потому что мы должны её контролировать! А не плыть по течению. Вы понимаете, что это критически важно?

«Француз» вздохнул.

— Всё могло бы быть закончено уже этой осенью… у нас достаточно сил, — сказал он.

— А, может, нам как раз не надо, чтобы оно заканчивалось?

— Поясните.

— Нам нужна демонстративная порка. Чтобы показать всю немощь ООН и старого мира. В этот раз всё куда серьёзнее. Мы не просто добиваем потенциальную угрозу в этом уголке Европы — мы наглядно и доходчиво демонстрируем те новые правила, на которых будет основан новый мировой порядок.

Длительная пауза и ещё один глубокий вздох.

— Надоело мне здесь… честное слово. Как только всё закончится — хочу пойти в круиз. Кругосветный, на год. Я узнавал, такие бывают.