Судя по надписи на табличке, моего сыщика звали Ш. Хэнс. Конвоиры завели меня внутрь, усадили на табурет и стали за спиной почетным караулом. Да уж, ну и убранство здесь. Вместо окон снова бойницы, только две, а не одна.

Посреди комнатушки старый стол, похожий на школьную парту. В углу железный ящик с замком, вдоль стен пресловутые стеллажи с документами. За столом сидит пожилой мужчина в темно-коричневом костюме-тройке. Узловатые от артрита пальцы листают мое дело. Морщинистое лицо с небольшим прямым носом не выражает никаких эмоций. Пронзительные голубые глаза бегают по строчкам, не обращая на подозреваемого никакого внимания. Острый подбородок с ямочкой едва заметно подрагивает, будто следователь читает не размыкая губ. Высокий лоб то сморщивается, то разглаживается, двигая короткие серо-рыжие волосы. Хэнс напоминал школьного учителя, но никак не грозного слугу закона.

Я немного расслабился. Следователь выглядел довольно старым для допроса с пристрастием. Хотя, ничто не мешает приказать сделать грязную работу вертухаям. Вон стоят, здоровые как шкафы. Я начал разглядывать кабинет в поисках пыточных устройств, но ничего такого не заметил. Наверное, все спрятано в том сейфе.

Хэнс взял чистый листок и обмакнул перьевую ручку в чернила.

— Представьтесь, — голос у сыщика был сухим и скрипучим, как и он сам.

— Джен Авелин, — пробормотал я.

— Число, месяц, год рождения.

Ну все, конец мне. Почем я знаю⁈ Но этих ребят такой ответ наверняка не устроит.

— Н-не помню…

Сыщик посмотрел на меня исподлобья и полистал папку с делом. Нашел какой-то документ и удовлетворенно хмыкнул.

— Судя по справке из госпиталя, у вас мозговая хворь в терминальной стадии. Давно начались провалы в памяти?

— Три-четыре дня назад.

— Скажите, господин Авелин, вам знаком человек по имени Абель Кэриан.

Я кивнул:

— Знаком, но не лично. Читал о нем в газете.

— Вы разделяете убеждение этого человека? — голубые глаза впились прямо в меня.

Под таким взглядом фиг соврешь, сразу почует. Но ведь можно и сказать правду, только несколько иную…

— Журналисты называют его сторонником эльфов, но чего он добивается и какими методами — не знаю.

Хэнс обновил чернила и продолжил писать протокол.

— Каково ваше мнение о Его Высочестве Гинтере Пятом.

А хрен его знает. Почитать законы так и не успел. Возможно, король на самом деле та еще мразь. Мало ли чем он отметился кроме порабощения эльфов. Может, насаживал людей на колья потехи ради. Или убивал младенцев. Незнание в данном случае позволило ответить честно:

— Ничего против короля не имею.