Да, эта женщина была очень похожа на покойную жену Зелгиоса, за исключением одной лишь маленькой, крохотной родинки, которую крайне трудно заметить даже если смотреть прямо на её лицо. Один в один, прямо копия.

— Совпадение? Ты веришь в случайности, Ада? — спросил Адрион, которого ещё слегка потряхивало от лицезрения этой ненавистной картины. — Если и было у моего отца слабое место, то это оно. Ни к одной женщине после смерти моей матери он не питал интереса. Ни к одной. Даже роду Этианелис он отказал. Чисто формальный брак, никто ни к чему не обязывает, но… позиция принципиальна. Представляешь? И тут… случайно в поле зрения появляется она. Сраная рабыня, будто выращенная кем-то в пробирке по заказу.

— Кто владелец?

— А ты тоже не такая уж и глупая. Я вот тогда этим вопросом вовремя не задался… Впервые увидел своего отца… таким… таким счастливым. Он будто на пол тысячелетия помолодел. Сразу же рабыню выкупили, а там уже… само всё закрутилось. Не успели опомниться, как она уже и свободной стала.

И в принципе… что такого? Ну купил себе рабыню, похожую на возлюбленную. Денег у рода Торвандори выше крыши. Сам Зелгиос вроде кукухой не едет, пусть и часто уходит в прошлое. Разве он не заслужил отдыха? К тому же в этом тоже ничего такого нет, он и так планировал всё Адриону в скором времени передать, чтобы уйти на покой и лишь издали наблюдать за успехами молодой крови, которая нуждается в совете, а не в тотальном контроле.

А затем Зелгиос решает жениться. На рабыне. Пусть и бывшей, но рабыне. Чудом каким-то это не стало причиной моментального ухудшения отношений с родами, которые предлагали своих дочерей. Очень удивился Айрад Этианелис, дочери которой отказали, после чего обвенчались с рабыней из борделя. Но даже когда, несомненно, мудрый лариос поделился своими опасениями по этому поводу, Адрион, который как раз и бегал как ужаленный во все уголки мира, объясняя поступок отца… именно тогда первому сыну стоило задуматься, но он махнул рукой.

— Всё чаще эту тварь я стал видеть совсем рядом, прямо у сердца нашей семьи. В какой-то момент шлюха для потрахушек уже сидит даже на наших собраниях, будто бы она член семьи, а не затянувшееся развлечение. Только тогда я начал что-то подозревать, думать, но совершил ошибку, понадеявшись на благоразумие уже полностью сражённого отца. Скандал, несильный, но в котором у меня была ужаснейшая позиция. Как настоящая чёрная вдова, эта рабыня всё просчитала, видела меня насквозь, прикидывалась когда нужно дурочка, после чего крайне умело делала очередной гамбит. Одних моих слов было недостаточно, меня не слушали, отец слишком ослеплён любовью, ведь уже считает, что сам Этий вернул ему жену с того света в новом физическом воплощении.