— Я… я не знаю.
— Знаешь, просто не хочешь этого говорить. Он до сих пор держит всё в своих руках. До сих пор оправдывает это самыми глупыми причинами. Его трясёт из-за обиды, а несмотря на родственность стихии к молнии, его эмоциональный фон порой подобен настоящему цунами. За семьдесят два года, почти век… он не изменился. И вместо первопричины, решил лечить следствие. В результате… он сидит на сильнодействующих препаратах, потому что иначе теряет возможность использовать магию. Столько времени… и никаких изменений, лишь стагнация или даже деградация. Если бы он просто сидел и ничего не делал, я бы уже всё решил. Однако он своими поступками всё усложняет в миллиарды раз, подписывая соглашения с теми, с кем этого делать не стоит. И как мне вырвать своего брата из лап архиепископа, чтобы хотя бы попытаться его переубедить, что тоже весьма сомнительная затея? Есть только один способ, не так ли?
С этими словами Адрион отвернулся от Орлойда, обратившись взглядом к главе Гильдии, который стоял напротив окружённого, но не сломленного Убийцы. Они о чём-то говорили, как вдруг лучший ассасин резко дёрнулся и нанеся смертельные раны трём своим врагам, резко предпринял попытку побега. Впрочем, догонять его не стали по приказу главы Гильдии, которые вернулся к изучению артефакта из первого хранилища музея в сердце Эдема.
Война… мало кто знает, что это такое на самом деле. Но вот Рудольф Гирардус лучше многих рассмотрел истинные грани этого слова, ведь конкуренция в Эдеме чаще всего являлась именно войной, хоть прямо об этом никто и не говорил. И в контексте происходящего, уместнее всего будет сказать, что война — полигон испытания новейших прототипов, созданных для эффективного и рационального умерщвления живой силы противника.
Вдруг земля снова затряслась и огромные цеха начали дрожать, под обвалами в один миг оказались по меньшей мере две сотни смертных, а в некоторых местах оборона получила крайне серьёзные повреждения. Даже штаб высшего командования знатно так тряхнуло, хотя находился он в глубинах эшелонированной обороны.
— Критический дефицит энергии! — тут же отчитался одноглазый гвардеец в полной тьме лишённого энергии бункера.
— Отчёт? — сразу же Рудольф Гирардус обратился к специалисту по передаче информации: свет снова появился, задействованы резервные источники питания.
— Атака орбитальным оружием.
— Оно перезарядилось быстрее, чем мы ожидали. Это очень плохо, — нахмурился командир гвардии, после чего снова обратился к циклопу. — Купол?
— Будет поднят через два часа.