— Наставник Халсу’Алуби! — вскрикнула воительница, увидав сильнейшего мага огня.
Однако не передать разочарования и ужаса, которые росли с каждым следующим шагом. Один из величайших воинов, способный одним усилием воли заживо испепелить тысячные армии врагов, сидел в инвалидной коляске, слабые руки лежат на коленях, а шея не способна удерживать голову, понуро опустившуюся на плечо. Никакой гордости, лишь жалость и неостановимое тление. Если раньше магическая рана из-за собственной ошибки просто выглядела жутко, то теперь всё тело чёрное и будто иссушено. Битва на Проклятом Острове очень сильно сказалась на сильнейшем за последние две тысячи лет генерале Анхабари. А рядом с калекой стоит неподвижный страж.
— Что с вами… почему вы… — Ада быстро смекнула, что вряд ли Халсу’Алуби имеет лишние силы для разговора, поэтому взгляд коснулся лица ученика из Огненной Гвардии.
Истинный ужас охватил душу, после чего с разворота мечом оказалась отражена ментальная атака, которая одновременно стала причиной ледяного вихря, так ещё и в тенях Кихариса разрезала всё на своём пути. Но Упорный меч сумел выдержать натиск и защитить владелицу.
В следующую секунду уже мёртвый гвардеец упал, всё его тело лишено всякой жидкости. Тоже ждало бы и Халсу’Алуби, но его защищала чёрная магия Алгиренды. Сама демоница не участвовала в сражении, считая невероятной глупостью всё происходящее. Если дурной маг огня хочет мести, то пусть дурак отдаёт свою жизнь. Так что после последней попытки попробовать отговорить хотя бы янтарноглазого мага, она удалилась обратно на свой остров.
— А я думал, что перебил уже всю Огненную Гвардию, — тем временем из бури появился сам Морской Царь. — А-а-а… припоминаю тебя. Ты рабыня того ублюдка, вместе с которым Халсу’Алуби отдал моё Сердце Вулкана демонам преисподней. Что же… может твоё убийство заставит Бальмуара явиться на свою казнь!
Легко преодолев звуковой барьер, смертельно опасная клешня Морского Царя сжалась не на горле лишь благодаря вмешательству Этия или просто чрезмерной самоуверенности правителя подводных земель. Грозное природное оружие способное разрывать самые прочные артефактные доспехи и без всякого хара, к удивлению, не оставило на лезвии вовремя подставленного в блоке меча даже трещины.
— Забавно, — только и произнёс неказистого вида паресис, способный создавать цунами, под которыми скроются даже древнейшие архипелаги: только этот потенциал раскрывается в родной стихии, а не центре шторма из песка и огня, так ещё и после отнюдь не лёгкого сражения с последними остатками Огненной Гвардии.