Казалось бы… музыка, она же состоит из комбинации одних и тех же нот. Так как удаётся создать нечто своё? Ведь результате же будет всегда похожим. Алентина именно так и мыслила, потому что иначе просто не могла. Ей оставалось лишь брать уже известное, раскладывать каждый объект до атомов и потом из этих мельчайших деталей создавать уже что-то своё. Она разбирала и комбинировала, делила всё и собирала снова, но… по всей видимости детали слишком крупные и есть нечто… просто недостижимое разуму криероса, способного лишь на копирование.
По началу зрители вели себя сдержано, надеясь, что вот-вот Алентина что-то покажет и удивит всех, но постепенно они так увлеклись, что начали вслух с усмешками обсуждать, а откуда-то спёрт этот мотив, с какой мелодией его объединили… Однако наставники, сидящие рядом со своей ученицей всё равно продолжали играть, не обращая внимания на это свинское поведение. Ведь некоторые фразы, короткие музыкальные идеи внутри мелодии, они действительно являлись уникальными, ну или хотя бы спорными. Да, многие участки композиций не пестрили индивидуальностью, но что-то своё было, однако оно скрывалось за монолитным убеждением в том, что криеросы просто неспособны создать чего-то своего. И сами эти зрители в своём разложение мелодий Алентины становились подобные этим же криеросам, ведь сами теряли суть создания чего-то нового, опускаясь до глупостей вроде «ха-ха, ноты такие же, значит это лишь пародия».
Тем временем ученица продолжала играть и улыбаться, смычок её идеально точно передавал каждую ноту, ведь единожды услышав её, она без труда воспроизводила нужный звук. Идеальный слух и чувство ритма, как машина девушка без ошибок могла исполнять тысячи разных композиций без перерыва. Но какой в этом толк, если ты навсегда останешься лишь исполнителем, неспособным создать чего-то своего? Чего-то уникального? Разве есть что-то более обидное для деятеля искусства, чем услышать: «Молодец, твой труд похож на произведение вон того или того смертного».
В какой-то момент зрители уже начали довольно громко сетовать на эту нелепость. Они заплатили так много денег, но за что? Их рабы тоже могут идеально воспроизводить композиции и что теперь? Разве этим славиться Акерон? Разве за эти приходят в Великий Амфитеатр? Само нахождение Алентины здесь позорит историю места, где свои произведения искусства показывали миру истинные мастера, достойные называться творцами! Ей лучше уйти и не позориться, себя она уже похоронила, но с таким темпами похоронит ещё и наставников с хозяином.